Искренняя радость Ленсергевны за Айшу была вполне объяснима. Речь шла о собаке Виолетты, которая была ее верным спутником уже на протяжении четырех лет. Летта взяла ее еще совсем крошечным щенком, подкупив уговорами родителей, а когда впоследствии решила покинуть отчий дом, вопрос о том, оставить ли собаку или забрать с собой, даже не обсуждался. Айша стала неотъемлемой частью жизни Виолетты, чем-то гораздо большим, чем просто домашним питомцем. Она испытывала к ней безграничную любовь и старалась гнать от себя мысли о том, что ей предстоит пережить, когда Айши не станет. И хватит ли у нее сил вообще что-либо делать после кончины такого преданного друга, который все эти годы оказывал ей неоценимую поддержку. Особенно ощутимым было присутствие Айши в жизни Виолетты в переломном 2019 году, когда произошли события, навсегда изменившие ее судьбу. Если бы девушка могла знать, что за этим судьбоносным моментом год спустя последует еще один, не менее трагичный, то вряд ли бы ее переполняла такая эйфория перед поездкой в Москву. Но, увы, предугадать грядущее не под силу даже самым дальновидным и расчетливым умам.
– Хорошо, – безапелляционно произнесла Елена Сергеевна, – если ты не горишь желанием делиться, я не стану прибегать к пыткам, – строго, словно отрезала, заявила женщина, но в то же мгновение ее лицо озарила улыбка, поскольку в поле ее зрения попал экран телефона Виолетты: девушка демонстрировала ей новое фото Айши, забавно зажавшей в зубах любимое лакомство.
Признаться по совести, Летта испытывала все меньшее желание посещать психотерапевтические сеансы. Однако, вернувшись из Москвы, она не могла позволить себе проигнорировать человека, который оказывал ей столь необходимую поддержку и всегда был на связи в трудную минуту.
– Это будет крайне некрасиво с моей стороны, она наверняка обидится. А я ведь не какая-нибудь неблагодарная свинья? – размышляла Виолетта вслух за несколько дней до назначенного сеанса, словно подсознательно ожидая получить вразумительный ответ от Айши. Собака в ответ лишь время от времени тихонько поскуливала, словно давая понять, что сеанс все-таки посетить необходимо. Хотя бы последний, чтобы не исчезать бесследно сразу после сообщения о том, что она вернулась и непременно придет навестить своего любимого доктора.
***
Они провели вместе около двух часов, на протяжении которых инициатива общения в основном принадлежала Ленсергевне. Она то делилась рассказами о проделках мужа, произошедших за время перерыва в сеансах с Виолеттой, то с материнской гордостью демонстрировала фотографии внуков – драгоценные снимки, которые, подобно всем истинным бабушкам, бережно хранила в своем телефоне, в папке «WhatsApp Images». Виолетта в этот момент словно ощутила себя на месте психолога: она внимательно слушала Елену, не всегда стремясь что-то добавить от себя, поскольку в этом и не было необходимости. Когда Елене было грустно или она делилась рассказами, при которых следовало выразить сочувствие, Виолетта незамедлительно отражала это на своем лице и пыталась эмпатично взглянуть на нее, словно безмолвно заверяя, что она рядом и все понимает. И во многом это было правдой, она действительно ее понимала, но, увы, не всегда в полной мере. Возможно, здесь играла роль разница в возрасте или принадлежность к разным поколениям. Однако Виолетта никогда не затрагивала эту тему в разговорах с врачом, и они обе придерживались мнения, что находятся на одной волне. Во время терапевтических сеансов это действительно ощущалось в полной мере.
В какой-то момент Летта украдкой бросила взгляд на пришедшее уведомление и тут же торопливо погасила экран. Это было напоминание о том, что она приняла твердое решение прекратить посещение психотерапевтических сеансов. Виолетта заметно замялась, осознав, что избежать неприятного разговора, как бы она ни старалась оттянуть этот момент, больше не удастся. Переведя взгляд на Елену, которая с увлечением просматривала телефон в поисках фотографий лилий, посаженных еще летом, и собиралась похвастаться ими перед Виолеттой, девушка решила не прерывать ее, дать возможность завершить свои поиски и только после этого начать разговор, который, увы, будет несколько менее позитивным, чем обсуждение цветов и внуков Ленсергевны. После демонстрации долгожданных лилий, Виолетта обратила свой взгляд к врачу, которая явно ожидала от нее хотя бы слова, и с легким вздохом приготовилась начать.