Ансар за всем этим наблюдал с раздражающе снисходительной улыбкой, если так вообще можно было назвать его оскал. А Эмили злилась. На него, на себя и на дичь, которая ловко убегала от неё и пряталась так, что достать было нереально. Эмили бесилась. Из-за того, что у неё ничего не получается, и из-за того, что была уверена — Ансар над ней насмехается. Ей было невдомёк, что так охоте обучают весь молодняк — просто наблюдая за их бесполезными попытками. А потом указывая на ошибки и вновь отправляя на поимку своей первой жертвы.
Увы, молодые оборотни приноравливались гораздо быстрее, чем та, кто ранее была обычным человеком. И где-то на тридцатой попытке Эмили поймать свою добычу, Ансару это надоело, и он в два прыжка догнал прыткого зайца, за которым она охотилась последние полчаса. Зверёк даже понять ничего не успел, а вот Эмили раздражённо фыркнула.
«Я его почти догнала» — вяло огрызнулась волчица, пытаясь восстановить сбившееся дыхание.
Вместо ответа ей подтолкнули тушку зайца и в требовательном тоне бросили одно единственное слово: «ешь».
Человеческая душа Эмили содрогнулась от того, что ей предстоит сделать. А вот звериная… звериная уже представляла, как будет вонзать свои зубы в мягкую плоть и смаковать ещё горячее, сочное мясо.
Не раздумывая, волчица набросилась на тушку и воплотила в жизнь всё то, о чём мечтала. В первые несколько мгновений Эмили едва ли не воротило от всего этого, но она довольно скоро поняла, что испытывает… удовольствие? Как если бы ела стейк с кровью: так же горячо и вкусно. Да и до этого момента она и не подозревала о том, насколько проголодалась.
А после «трапезы» они вернулись в дом. Уставшие, но довольные: Эмили сама собой, а Ансар — проделанной работой. Случилось это уже вечером, ближе к ночи.
«Теперь отдыхай» — всё так же мысленно посоветовал ей Ансар, и улёгся прямо на полу возле дивана, даже не думая возвращать себе человеческую форму.
Эмили уже не удивлялась тому, что они могут общаться между собой на ментальном уровне. Она просто смирилась с этим. Но вот вид огромного волка, спокойно развалившегося на полу гостиной, смущал её. Почему-то ей было спокойнее, когда Ансар оставался человеком. Так было проще. А его волка она… немного побаивалась.
Наверное, так многие оборотни себя чувствуют в присутствии альфы. Эмили же было неуютно. Она хотела прижаться к его тёплому боку, но боялась вызвать его гнев. Но находиться так близко и одновременно далеко — было выше её сил. Поэтому она просто застыла в нерешительности и наблюдала за тем, как вздымается от размеренных вздохов спина волка и как лениво с места на место перебрасывается хвост.
«Эмили?»
Вопросительные интонации в голосе Ансара вынудили посмотреть прямо ему в глаза. От чего Эмили стушевалась ещё больше. Было неловко просить, но иначе она не могла.
«А почему мы не… оборачиваемся обратно?»
«Тебе ещё рано» — был ей ответ.
«А ты…?»
Оборотень склонил голову набок, внимательно рассматривая Эмили, а потом всё же «произнёс»:
«А я просто не хочу».
И сказано это было таким тоном, что все последующие вопросы тут же отпали. Эмили тяжко вздохнула и сделала один маленький шажок по направлению к Ансару.
Тот же продолжал с интересом наблюдать за её действиями. Он не останавливал, не осаждал её, и Эмили от этого приободрилась. Следующий шаг она сделала куда смелее. А потом очень аккуратно опустилась возле замершего волка и пристроилась сбоку. Медленно и осторожно, даже немного боязно, положила свою голову на бок Ансара и прикрыла глаза, ожидая наказания за свою дерзость или же момента, когда ей прикажут лечь в другое место.
Но ни того, ни другого не последовало. Ансар всего лишь как-то глубоко вздохнул и опустил голову на свои лапы, прикрыв глаза. Напряжение отпускало Эмили, и вскоре она уже расслабленно дремала на боку у будущего главы клана оборотней.
«Ну что, будем возвращать тебе человеческий облик?»
Волчица переступила с лапы на лапу и тяжко вздохнула.
«А это также больно?»
Ансар замялся на мгновение, а потом всё же нехотя признался:
«Не совсем».
И от этого «не совсем», стало очень даже не по себе.
«Длительность оборота зависит от внутреннего психического состояния, — начал мысленно пояснять ей оборотень. — Можно обернуться за доли секунды, а можно растянуть оборот на несколько минут. Первый оборот — он всегда болезненный. Остальные с каждым разом переносятся всё легче и легче, пока однажды ты не будешь делать это на интуитивном уровне».