Послышался треск веток, я обернулся и увидел бегущего ко мне со всех ног Мефодия.
— Вас не задело? — с тревогой спросил он, останавливаясь рядом.
— Нет, всё в порядке.
— А что это с ним? — вдруг замер здоровяк, вглядываясь в искорёженное лицо мага.
— Долго объяснять, бери его с собой и пойдём обратно.
Куликов взвалил труп на плечо, и вскоре мы добрались к месту нападения. Пока я отсутствовал, всех убитых стащили вместе, среди них было и двое наших. Для Фомича и компании это стало большой утратой, но для траура сейчас не время.
— Грузим всё, что не испортилось, мы должны помочь голодающим. Павших в отдельную телегу.
Лошадей взяли у разбойников, наших мало осталось. Излишки продукции мы закинули к нам в помятую карету, каким-то чудом она осталась цела, только колёса перекосило, а то что трещины везде, да доски торчат — ничего страшного. До Чумбур-косы хватит, а там купим новую.
Всё ещё не обсохшие мы верхом домчались до деревни, оторвавшись от медленно катившегося обоза. Староста оказался на месте и сразу же велел жене подыскать нам сухую одежду, а остальных расселил по ближайшим домам.
— Что там произошло, Ваше Превосходительство? — спросил он, протягивая мне полотенце.
— Разбой, — ответил я, ощущая приятную ткань на лице. — Почему не докладывал отцу? — спросил я его, надевая просторную, чистую рубаху и штаны.
— Так, отродясь их и не было разбойников-то, — потупился мужчина с широкой щербинкой, он был средних лет, с гладковыбритым лицом и большими синими глазами, такими же обладал каждый из его пяти детей, а также красавица-жена.
«Диктатура» молчала насчёт позорных изъянов, но на всякий случай я проверил его преданность к отцу и остальным баронам. В первом случае показатель равнялся двадцати трём, в остальных других — по нулям. То есть он ни с кем не контактировал, это точно. Да и сам Осип на вид незамысловат. Он был из разряда тех людей, что ни о чём не спрашивают, а молча делают, что сказали. Идеальный исполнитель.
Передо мной не расшаркивался, но и наглости я не заметил, староста проявлял уважение к титулу. За всю поездку первый, наверное, человек, находившийся на своём месте.
— Может, что подозрительное в последнее время замечал? — поинтересовался я, обувая сухие сапоги.
— Да вы знаете, как-то всё своим чередом… Ни шатко ни валко, рыбачим, как всегда. Оно свои, конечно, дрязги есть, но то дела наши, всяким знатным господам неинтересные, хотя… — он на секунду задумался. — Не, то пустяки тоже.
— Так расскажи, а я сам решу, что важно, а что нет.
Всё ещё сомневаясь в полезности информации, Осип вышел вместе со мной на воздух. По его приказанию народ созывали у церкви. Мефодий, Фомич и остальные мои люди шли следом. Марину попросили остаться в этот раз в доме у старосты. Снаружи могло быть опасно. Пока не разберёмся с причинами этого нападения, ей лучше не высовываться.
Осип помялся немного и ответил.
— В общем, рыбки-то у нас много, сами понимаете, не бедствуем. Часть себе забираем, часть продаём. Торговцев своих хватает — те тоже раньше промышляли, а сейчас вон как поднялись. Из Ростова привозят много чего, недостатка, как я говорю, ни в чём нет, — Осип простодушно сводил акценты к благосостоянию Чембур-косы. — Бывает, заплывают к нам судёнышки разные запасец пополнить. Кой-чего сгрузить, кой-чего, наоборот, погрузить. Платят ренту, ключ себе забирают — мы в эти дела не лезем, только груз смотрим. Мало ли какое непотребство или ни дай бог контрабанда. С этим, Владимир Денисович, мы строго, — заверил меня староста.
Кругом была видна рука рачительного хозяина. Домишки аккуратные, дорога мощённая деревом, никаких тебе захламлённых дворов, все зажиточные в той или иной степени. Любо посмотреть.
— И что же? — поторопил я его с объяснениями.
— В общем, как я говорю, разные людишки к нам заплывают: иной раз наши, иной — османы, голландцы, французы — сами понимаете… Но более всех зачастили тевтонцы. Причём больше половины ледников выкупили на полгода сразу и мотаются туда-сюда.
— А что за товар хранят?
— Осётр, тушки и икра, бочками сгружают. В этом году у них какой-то ненормальный улов, нашим нос утёрли, — Осип извиняюще почесал шею.
— А кто им разрешение дал на ловлю?
— Так, граф сам и выписал, лет десять как.
— Ясно. Значит, в этом году зачастили, а в прошлом такого не было?
— Как с цепи сорвались.
На этом мы временно прекратили нашу беседу, потому как далее я обратился к собравшимся. Представился как положено, объяснил ситуацию за раздел феода и что теперь я их новый барон и оброк, а равно все подати и прибыли с производств платить мне. В том числе и за торговлю. Чумбур-коса вытягивала на своём горбу нагрузку за два десятка деревень. Немудрено, что местные зазнались и считали соседей вторым сортом. У этого поселения большие шансы перерасти в город.