Нутром вот чую что-то плохое затевается… Один я на эти процессы не повлияю, хоть и очень хочется. В этот момент мне вспомнились мудрые слова учителя: «Иногда полезней ничего не делать». В этой ситуации всё в точности так. Полезу разбираться и стану крайним. Умерших это мне не вернёт.
Налёт на нас ещё больше убедил меня в потребности извести тевтонскую свору.
«Для этого надо самому стать графом».
Мысли эти правильные — следует убраться восвояси, но что-то всё равно не давало мне покоя, хотелось хоть какой-то справедливости. Погибло два моих человека. Они заслуживают отмщения. Да и как мне потом смотреть в глаза Мефодию и Склодскому? Последний то ладно, опальный герцог вырос в атмосфере заговоров и обмана, но здоровяк был как эдакий маяк правильности, прямой как палка: добро — поощрять, зло — уничтожать.
Учитель поступил бы по-умному, элегантно, как лиса, подставил бы врагу ловушку. Высшим пилотажем он считал устранение своих проблем чужими руками, да так, что комар носа не подточит…
«Но иногда нужно выпускать на прогулку льва».
Когда разведчики попрощались и улетели, первая партия груза поплыла в сторону корабля вместе с нашим магом «С». Когда они достаточно далеко отплыли, чтобы не видеть творящееся на берегу, Склодский, пригибаясь, вышел из прибрежного леска и убил команду грузчиков вместе со старшим. Всего пять человек. Его цепное антилечение взорвало им лёгкие, и они, отхаркивая кровь и хрипя, повалились в песок.
Мефодий в два счёта оказался рядом и отнёс бедолаг в общую кучу. Иногда простота — лучшее решение, потому мы стащили с умерших верхнюю одежду и надели поверх своей. С Мефодием, правда, это оказалось сложнее — на его габариты не нашлось наряда, но мы напялили ему на голову войлочную шапку и отправили сидеть подле мёртвых.
Когда лодки причалили во второй раз, луну удачно загородило проплывающее мимо облако. Мы со Склодским встали на видном месте, будто болтаем. Я спиной, а лекарь лицом, но немного сгорбился, чтобы сойти по языку тела за своего.
Мефодий разыграл целый спектакль, пока матросы возились с лодками. Этот актёр взял в каждую руку по трупу и как тряпичные куклы потащил с собой, держа их за шкирку. Силуэт читался, как если бы трое грузчиков приблизились к компании ещё двух.
— Пусть ещё ближе подойдут, я не достаю вон того крайнего, — облизнув губы, прошептал Склодский.
— He, nicht so rumtrödeln! An die Arbeit, aber dalli!* — резко выкрикнул тот самый Ульрих, не понравилась ему наша расхлябанность, ещё и смеяться над чем-то посмели.
*Эй, не так мешкать! За работу, да живо! (нем.)
— Что этому козлу надо? — прошептал Мефодий.
— Is' ja gut, wir kommen!* — выкрикнул ему я, но этого показалось арбалетчику мало, потому он быстрым шагом направился к нам.
*Да ладно уже, идём! (нем.)
— Не достаю всё равно, — шикнул Леонид, имея в виду последнего возившегося с лодкой матроса — он всё никак не мог управиться с верёвками, потому что был пьян.
— Сейчас достанешь, — вздохнул Мефодий и отпустил трупы.
— Что ты делае-е-ешь! — Склодский, махая руками, полетел вперёд, отправленный как метательный снаряд, а Куликов в два прыжка оказался рядом с Ульрихом и свернул тому шею ласковым движением рук.
К чести антилекаря, приземлился он мягко и с перекатом, видна кропотливая работа над своим телом. Расстояние для колдовства было сокращено, потому пурпурная цепь заскользила от одного врага к другому, вызывая дыхательный спазм — очень важно было не поднимать слишком много шума. С берега до корабля мужской зычный крик вполне различим.
Антилекарю потребовалось три заклинания, чтобы положить четырнадцать человек до того, как они поднимут тревогу. Его не сдерживала конспирация и, надо признать, смотрелось представление весьма эффектно. Тевтонцы рухнули практически одновременно, как будто из них вынули души. Какое-то время они ещё корчились, но вскоре отошли в мир иной.
— Больше никогда, слышишь, никогда так не делай, — предупредил богатыря Склодский и ткнул его пальцем в плечо, — или я тебе обещаю: в ближайшую неделю с нужника не слезешь.
— Ну всё, пошёл вразнос… — скрывая улыбку, ответил Мефодий. — Да понял-понял, но получилось-то отлично…
Мы для вида нагрузили одну из лодок и сели за вёсла, не забыв прихватить с собой отложенное в сторону оружие. Примерно половина экипажа уже перебита, так что дело за малым — добить оставшихся. По возможности парочку взять в плен. Когда добрались до шхуны, нам спустили грузовую сеть и выкрикнули.
— Wo sind alle anderen?*
*Где все остальные?
Склодский полез наверх, цепляясь за верёвочную лестницу.