Я позволил ему даже присутствовать при разносе других старост, что приехали за аудиенцией с дарами. Узнав, какое у них плачевное положение, я проформы ради забрал себе самые дешёвые подношения, а остальное вернул. Кто-то даже умудрился притащить девок! Собирался в постель сбагрить мне и моим людям. Разврата среди подчинённых я допустить не мог, тем более такой явной торговли людьми, потому выгнал взашей этого «коммерсанта».
— Одно дело, когда полюбовно, а другое вот так, — пояснил я прокашлявшемуся Осипу, и тот одобрительно кивнул — у самого дочери были, и я знал, что он переживал, как бы молодцы Фомича не попортили старшую.
После этого случая наши отношения со старостой Чумбур-Косы пошли на лад.
Разведчики улетели восвояси через день. Понятное дело, что никаких некромантов они искать не собирались — для виду покатались по хуторам с проверкой и бывай, как знали. Тьфу ты, защитнички. Это ещё больше убедило меня во внутреннем заговоре и предстоящих тяжёлых событиях.
Задержались мы в прибрежной деревне аж на неделю. Всё это время пару раз приезжали подводы с провизией, различными товарами, а также со стройматериалами. Фомич с гонцами объехали ещё пять лишних деревень, и мы приняли их старост прямо в Чумбур-Косе, так что по графику успевали.
Марина отлично справлялась с ролью управляющей. К ней шли за решением проблем не только бытового, но и юридического толка — она помогала с консультациями как крестьянам, попавшим в затруднительное положение, так и вполне состоятельным по местным меркам купцам. Хороший адвокат стоил дорого, и не каждый мог его себе позволить, но я хотел, чтобы Троекурская занялась всеми бесплатно, перекинув все издержки на меня.
Это кризисные меры и поддержка. Пока будет так, а дальше посмотрим. Восстановление пристани, а также покупка разрушенных лодок стало задачей номер один — нельзя останавливать поток кораблей, заплывающих в бухту для пополнения припасов. Они платили денежку купцам, а те — мне.
Рыбаки же, в свою очередь, везли продавать всё добро в Ростов к храмовому скупщику. Их стабильное благосостояние — это вовремя выплаченный оброк и налоги. Так что последствия разрушений от магов воды устранили очень быстро, а всё подпорченное имущество возместили. В этом немаловажную роль сыграла добыча с потопленного корабля.
Шкатулку с золотыми монетами в ориентировочную стоимость под сто тысяч я немедленно отдал в счёт долга Склодскому, прибавив ещё двести с добытых ассигнаций, а остальное вкинул себе в казну. Перчатки-линзы продавать глупо — это добро пригодится и самому. Я лелеял мечту организовать свой элитный отряд магов. Всего у меня пока скопилось двадцать две пары артефактов — уже неплохая такая заявочка.
Оружие мы отправили на подводах, что возвращались в Таленбург. Оно пополнит мою оружейную — это хорошие трофеи. Средний добротный меч без артефакторной стали и их сплавов стоил порядка тысячи рублей. В данный момент я мог расширить свою армию до сотни бойцов. Комплектов брони тоже на всех хватало. Это ещё с учётом, что останется запас. Ведь вещи рвутся и ломаются. То есть экономия минимум в двести тысяч рублей!
«А ещё сколько предстоит купить?»
На простенькой амуниции я не собирался останавливаться… Впрочем, вернёмся к нашим деревенским делам. За неделю я и мои люди стали для местных как родные, мне даже выпала честь, как барону, благословить брак одной чудесной пары. Гулянка славная вышла, но всё когда-то заканчивается, вот и мы ранним утром отчалили из прибрежного селения, чтобы продолжить инспекцию феода.
— Я кое-что откопала в судовом журнале и письмах с тевтонской шхуны. Эти ребята осторожные, но всё же обделались — у нас есть названия ещё трёх кораблей, причастных к похищениям, — сообщила Марина, когда мы тряслись по просёлочной дороге в новой карете.
К счастью, девушка тоже владела немецким и взяла эту обязанность с анализом документов на себя.
— Отлично, оформи-ка анонимное письмо капудан-паше и перешли ему всё это добро, — попросил я Троекурскую.
— С превеликим удовольствием, — мрачно кивнула Марина.
Жестокость ордена задела её за живое. Образы убитых женщин и детей с вытянутыми руками и ногами мерещились Марине в ночных кошмарах.
Если есть возможность ещё больше пошатать позиции тевтонцев, то её нельзя упускать. Думаю, главнокомандующий османским флотом придумает изощрённый способ выбить правду с членов команды этих кораблей. В пытках басурманы знали толк.