По воле случая мы встретились с ним в мой первый день в храме, это же тот самый ходок по белым мирам, любитель испытать удачу. Сбежал от отца в Ростов и по итогу влип в историю. Представляю, каково его батюшке терять территории по глупости сына.
— Будете теперь на меня работать, — сказал я им и велел за подробностями обратиться к Маричу и Кошевому.
Остальных рабов решено было распределить по близлежащим деревням. Там сейчас рук не хватало. Близился вечер, и как раз у Нобу с Драйзером закончилась тренировка двух сотен новеньких бойцов. Они пришли наниматься к барону по своей воле. К сильному тянется сила — это ещë учитель говорил.
Я не стал откладывать смотр в долгий ящик и отобрал из всех только двадцать кандидатов с реальным боевым опытом. Остальные тоже ничего, но они не «B» ранги, некогда с ними возиться.
— Половина из вас не попадёт во второй отряд витязей, ты, ты, ты… — я прошёлся вдоль строя, заставляя выйти вперёд тех, у кого исчерпался предел развития. — Могу предложить вам место в страже. Кого не устраивает — не держу, уходите сразу.
Пятеро испещрённых шрамами воинов покинули строй, оглядываясь на товарищей. В их планы не входило сшибать копейки у ворот и отлавливать разбушевавшихся пьянчуг. Привыкшие к звонкой монете и жить без хозяина, они бы в будущем принесли кучу проблем.
— Впрочем, у вас ещё будут шансы испытать себя в третьем отряде, так что продолжайте тренировки. На кого показал, вы свободны до завтра, — мои слова немного успокоили пятерых не прошедших отбор вояк и они удалились. — Теперь по оставшимся. Начнёте с синих миров. Многие из вас до прихода ко мне работали в оранжевых, но мне насрать, будете делать, что скажу. Вопросы есть?
— Когда приступать и кто главный будет? — спросил тридцатилетний рябой мечник.
— Завтра же. Номер мира скажу перед отъездом, временным командиром назначаю тебя. Всю собранную награду понесёте в Таленбург.
— Что? Нам не сдавать её скупщикам?
— Именно.
— Но какой в этом смысл? — спросил другой, полноватый мечник. — И так денег никаких…
— Смысл есть, но вам думать о нём не надо.
— Вопросов больше нет, — ответил рябой.
— Вот и славно, отдыхайте.
Первое, что важно выяснить — это их готовность подчиняться приказам. Служба у аристократа не то же самое, что вольные хлеба, здесь придётся соблюдать дисциплину. Всяких дикарей лучше сразу отсеять. Мои гридни, моя личная гвардия — это святое, костяк будущей армии. В нём не должно быть изъяна.
Попасть на службу в старый баронский род не так-то просто, ведь там в детинце уже взрастили несколько поколений воинов. Пополнения требовались редко, потому новички проходили дотошный отбор.
Я же по логике окружающих вынужден был набирать народ «с улицы». Многие надеялись на тёпленькое местечко за красивые глаза, но столкнулись с холодной непогрешимостью «Диктатуры параметров».
Пришедшие сегодня воины в состоянии были пройти стандартный отбор в дружину аристократа, но их потенциал слаб, и в будущем они станут обузой, тогда как остальные их товарищи продвинутся по службе. Оставшись не у дел, они озлобятся, а зачем мне плодить предателей у себя за спиной?
Потому первый набор самый привередливый, здесь нельзя допустить ошибки. Когда мы сработаемся и пройдём через какие-то испытания вместе, когда они получат свои первые офицерские звания, вот тогда да, можно и «С» ранги рассматривать с перспективой сломать им предел. После такого кандидаты за несколько лет доберутся до «B» или даже «А» ранга при должном усердии.
— Отец Филарет, — я поздоровался и пропустил священника вперёд, в зал для совещаний. — Хорошо ли устроились?
— Да Владимир, благодарю, мы с детьми бед не знаем и кормят вкусно — всё выше всяких похвал.
— Вот и славно.
— Могу я узнать, какой вопрос на повестке дня?
— Развитие Таленбурга, цели на ближайшие три месяца.
— На беду, я мало разбираюсь в строительстве…
— Зато хорошо разбираетесь в людях. Как думаете, как скоро мне удастся расположить к себе новых подданных?
— Вы потратили личное время, оказали им уважение и проявили милосердие. Дайте время этой мысли осесть в их головах и получите больше, чем рассчитывали. После того, что они пережили, благодарность должна созреть.
Я хмыкнул и занял место во главе стола. На собрании присутствовали Склодский, Мефодий, Гио, Нобу, Троекурская, Марич, Кошевой и Ермолай, Потап Новиков, Драйзер, храмовник Александр и купец Ейчиков. Последним явился горный мастер Иван Квасков, прискакавший прямиком с каменоломни и едва успевший смыть с себя пыль.