Но вот впереди послышался трубный визг, пробравший своей вибрацией от макушек до пят. Земля надрывно задрожала. Тридцатиметровый Маммотум топнул ногой в полусотне метров от нас. На секунду я почувствовал, как мы летим. Мой глипт замахал руками, пытаясь сохранить равновесие, а сам я ещё сильнее вцепился в верёвки внутри боевого гнезда, чтобы не вывалиться.
К чести камнекожих, мы уверенно приземлились, избежав кувырков. Как тараканы, весь отряд рассеялся и рванул между ног шерстяного гиганта. Я видел, как его хобот монструозной плетью вжарил по нашим преследователям, отправив сразу десяток в небеса.
Стадо вняло призыву лидера. Двадцатиметровые маммотумы злобно обрушились на чужаков. Всё вокруг задрожало от их топота. Мои люди получили приказ пробежать сквозь стадо, что и выполняли. Они не вступали в бой, а только петляли, но даже так я молился, чтобы никто из них не погиб. Это была рисковая авантюра, но другого нам не оставалось — победить столь сильного соперника могут только эти колоссы.
Йети не блистали умом, иначе бы не последовали за нами. Оба эти вида ненавидели друг с друга, и появление привычного врага застило глаза маммотумов яростью. Они не обращали на нас внимания, занимаясь угрозой номер один. Теми, кто веками уничтожал их детёнышей и слабых особей, чтобы полакомиться мясом.
— Залезай на него! — крикнул я своему глипту, и камнекожий послушался, вцепившись в космы тридцатиметрового на задней ноге.
Иномирный «слон» так бушевал, что даже не заметил на себе лишние четыреста килограмм, настолько он был громаден. Одна убитая особь маммотумов могла на несколько месяцев прокормить ставку кочевников-йети. Потому последние долго выжидали удачный момент для атаки.
Глипт ловко взбирался, раскачиваясь на шерстяных «канатах». Я рассчитывал, что доберëмся без происшествий, но куда там? Случайный линяющий пучок не выдержал нашей массы, и мы полетели вниз.
Я внезапно поверил во всех богов. Всë внутри сжалось, потом тело сотряс резкий толчок — это сапфировые лезвия глипта грубо впились в толстенную шкурку маммотума. Я с облегчением выдохнул, когда затормозили, и заметил уходящую вверх борозду-царапину. Через секунду мы снова карабкались к цели.
Высота стремительно росла, а сердце стучало как бешеное. Не смотреть вниз я не мог, ведь я болтался в люльке за спиной!
«К чëрту эти приключения, хочу домой под тëплый пледик!»
Это, конечно, всë шутки и я, стиснув зубы, терпел тряску. На голову то и дело падали комья снега, а в ноздри залезал невыносимый прелый запах звериной плоти. Иногда лохматые космы полностью меня накрывали. Мощные руки глипта упорно цеплялись за следующую шерстяную мотню, а потом за ещё одну, и ещë одну. Ноги тоже участвовали в процессе восхождения, упираясь в тушу маммотума.
Спустя вечность мы оказались на спине, и я смог окинуть взглядом всю долину. Тело гиганта колыхалось и моему носильщику приходилось держаться за шерстяной покров, чтобы нас не сдуло. К тому же ветра здесь были быстрей. Я чувствовал, что сто́ит расслабиться, как улечу отсюда словно безликий листик, сорванный с осеннего древа.
— Туда! — крикнул я камнекожему, показывая на затылок маммотума.
Трубные угрожающие звуки его сородичей продолжали разрывать воздух, а наш гигант то и дело махал хоботом и сердито топтал землю мощными ногами. Спустя непродолжительное время остатки йети пустились наутёк к поселению. Их было что-то вроде пары десятков.
— Ляг на него! — приказал я, когда мы уже топтались на голове.
Сейчас был опасный момент. Начни магвзерь мотать башкой туда-сюда и всё: пиши в полëте завещание. Поэтому я действовал быстро, пока ярость ещё бурлила в этом существе. Внимание маммотума было приковано к дрогнувшему врагу. Я вывалился из своего укрытия и коснулся ладонью серой кожи гиганта.
«Ну что, приступим».
Развитой ментальностью, как виверны, эти существа не обладали, но я ведун, и моя магия может действовать на всех живых тварей с наличием хоть какого-то сознания. Тонкости вычисления показателей и всякие недоступные мне сущности сейчас не нужны. Всё, что я желал — это дать импульс к действию.
Используя когнитивный модельный ряд, я взял готовое заклинание Аластора, скомкал его в золотистую сферу, получив материал для «лепки». В прошлый раз я использовал самодельную ментальную магию против беглеца-мага и столкнулся с болевым шоком. Труп моего врага говорил о предсмертных мучениях, но я не жаждал того же самого для маммотума. К тому же тогда погибну и я.