С другой стороны, Сейдх очень крепок и сообразителен. Полети я с тем первым молодым виверном, точно бы окочурился на полпути. Иней удачно его прикончил, что ни говори.
Если честно, я тоже слегка устал в таком бесконечном режиме контроля. С другими вивернами ты мог расслабиться, когда с кнута переходил на пряник, но с этим такого фокуса не пройдёт. Свободолюбие, затаённая ярость, злопамятность и расчётливая кровожадность Своим поведением он кого-то мне напоминал…
Я прервался от задумчивости, когда увидел на горизонте растущую точку, потом ещё несколько и ещё. Маммотумы! Не прогадал! Быстрее, там должен быть Потап. Взобравшись на Сейдха, я приказал ему лететь навстречу стаду. Не хотелось ждать.
«Главное, чтобы это оказалось именно то стадо, а не какое-то другое», — взволнованно сказал я себе, но при сближении радостно узнал того самого тридцатиметрового самца. — «Да, это он, в него я воткнул золотую стрелу безумия».
Никогда не думал, что буду смотреть на магзверя как на старого друга. Мы снизились, и я услышал предупреждающий трубный зов. Стадо затормозило. Увидели нас. Я отметил про себя, как умно они выстроили оборону — загнали детёнышей под себя. Это притом, что они ни разу не видели летающих существ!
Хмм, разведка заметно усложнилась. Сейдх снизился до расстояния вытянутого хобота. Отсюда нас было не достать, но спины гигантов видны как на ладони. Мы облетели каждого, и я с замиранием сердца ожидал увидеть спрятавшегося друга.
— Потап! Потап! — кричал я, облетая в третий раз волнующихся маммотумов, но никого так и не увидел.
«Может, он на детёныше каком?»
— Атакуй! — мне было плевать на шерстяных ублюдков, если они не отдадут моего человека по-хорошему, то будет по плохому.
Кажется, моя злость передалась терпевшему всё это время Сейдху, и виверн с готовностью обрушил её на другой объект. Мы приземлились на спину двадцатиметровой особи позади вожака. В тот первый раз было страшно, но сейчас я достал меч и вогнал его наполовину, разрезая толстую кожу и доставая до мяса.
Маммотум, уверенный в своей непробиваемости, взвизгнул от боли. Ещё бы, я двинулся вперёд, расширяя эту рану. Вы у меня разойдётесь как миленькие, или я вас тут всех перебью, а йети закончат начатое. Я добежал до головы, приказывая Сейдху следовать за мной. Попутно тот рвал когтями и зубами обнажившуюся плоть.
Когда в мою сторону пополз хобот, я срубил с него кусок. В воздух полетела жижица горячей крови, замерзая красными каплями. Я добежал до головы, понимая, что если уж такая рана не сдвинула с места колосса, то с ним надо заканчивать. Я воткнул божественную искру в череп маммотума по самую рукоять. Маленького прокола оказалось достаточно. Сейдх вовремя меня подхватил когтистой лапой, и мы отлетели на спину другой особи.
Там я пересел на виверна и увидел, как медленно падает убитый мной магзверь. Словно подрубленный у основания многовековой дуб. Йети бы с таким ни за что не справились. Тяжëлый слон растолкал общее построение, отодвигая своей тушей соседей сбоку. Под шумок мы залетели внутрь открывшегося кольца обороны. Вреда в таком положении маммотумы нам не могли нанести.
— Потап! Потап, ты здесь⁈
Я осматривал забившихся детёнышей, пролетая практически перед их носом, но никого не находил. Ещё один круг. Поражённый гигант поднял облако снежной пыли, временно посеяв хаос — это нам помогло, но и в третий раз никого не обнаружили. Я совершенно точно осмотрел весь приплод — Потапа верхом на них не было.
По нам чуть не прилетел удар монструозного хобота, и я велел Сейдху подняться выше.
«Если его с ними нет… Если это конец…»
Глава 10
Трость больше ненужная слепому
«Жёлтый-6», настоящее время, Потап Новиков
Зелёная сторона. «Слонёнок» Юббу так и сказал, слово в слово. Сначала Потап принял это за какие-то особые мицелиальные поля с соответствующей расцветкой. Насколько он помнил, «Жёлтый-6» — это вечная мерзлота и ничего больше, сплошные долины, занесённые снегом. По крайней мере, так говорил Александр, а уж он-то досконально знал Межмирье со всеми его обитателями.
Плод фантазии Юббу это или правда можно было понять, только увидев всё своими глазами. Якобы есть тёплое и богатое пищей место, куда маммотумы раз в году перебираются, чтобы разродиться потомством и убраться опять в морозную пустыню.
Если на той стороне погода всегда как весной, то это отличный шанс для него, заблудившегося человека, обрести второй дом. Звучало как новая надежда. Перспективы мага были туманны, а запас продовольствия скуден. Надо учитывать, что помощь не придёт и рассчитывать приходится только на себя. Впрочем, у него был большой опыт выживания в дикой природе, а одиночество — привычное состояние души.