— Прокофий Степанович, доброе утро, — поздоровался я.
— Прошу прощения, с кем поведёшься… Доброе, Ваше Благородие.
— Значит, как я велел, ты Даниле Шушикову преподал свои уроки в магии воды?
— Сделал что мог, — кратко ответил бывший офицер.
— Отлично, получишь свои десять окладов, как и договаривались, — легонько пожал я плечами и накинул шубу на плечи. — Что-то ещё?
Щукин растерялся от такого спокойствия, предполагая дальнейшие просьбы барона в воспитании нерадивого кандидата.
— Нет.
— Тогда иди рыбачь, ты свободен.
— Погодите, Владимир Денисович, — попросил он, пропуская меня вперёд. — Я хотел спросить, а зачем всё это было? Что дальше-то?
Я громко выдохнул и как бы оценивающе посмотрел на мага, думая говорить, или нет.
— А чего объяснять, идём со мной, сам всё увидишь, — разрешил я и толкнул дверь.
Пройдя до выхода из терема, мы попали на мороз и свернули в сторону сторожевой вышки на западной стороне. Там Драйзер вместе с Нобу тренировали ребят из гарнизона, но сейчас они ушли на утренний обход и какие-то учения в лесу. Нас ожидал столпившийся второй отряд витязей, а вместе с ними и рыжий возмутитель спокойствия Шушиков.
— Ты ещё здесь? — проскрипел зубами водный маг.
— Я, вообще-то, выполняю приказ Его Благородия, а вот что ты тут забыл, дряхлая мышь?
— Замолкните оба, — приказал я, положив руку на плечо Прокофия, когда он дёрнулся вперёд. — У меня парочка важных объявлений, идите сюда, — когда витязи обступили нас полукругом, я достал ярлык и продемонстрировал его всем. — Теперь у нас допуск в жёлтые миры, поздравляю. Благодаря вам мы закрыли норму экспедиций.
Известие подняло моральный дух бойцов: хоть они и в запасе, но для своего барона оказались полезными. Почти все раньше зарабатывали на разорении оранжевых миров, и нынешняя «ссылка» в синие не давала им в полной мере раскрыть себя, да и доходы так себе после богатой добычи на вольнице.
— Всю неделю будете ходить в «Жёлтый-13».
— Позвольте, Владимир Денисович, всего десять человек? Туда же минимум тридцать надо, — подал голос Щукин, осматривая амуницию ребят. — Им бы артефактов ещё подкинуть…
— А чтобы вам не скучно было и дело пошло веселей, нашёл я вам нового командира. Прошу любить и жаловать, маг воды Данила Шушиков. Поступаете в его распоряжение, — не обращая внимания на спесивого рыбачка, продолжил я.
Известие не обрадовало витязей. Они с лихвой успели наслушаться историй про безнадёжного рыжего мага. Щукин и вовсе выпучил глаза и побледнел.
— Возражения у кого-то есть? — угрожающе спросил я и сам себе ответил. — Возражений нет — выдвигайтесь. С тебя две проходки, — напомнил я Даниле.
Новоиспечённый командир раздул от гордости ноздри и торопливо кивнул мне. В любой другой ситуации он бы получил по шапке за такое панибратство, но сейчас я ему всё прощал. Развернувшись, я побрёл обратно в терем. Щукин, как выброшенная на берег рыба, открывал и закрывал рот, пытаясь выдавить из себя хоть словцо.
К нему сзади подошёл Данила и ударом ноги в зад толкнул бывшего офицера в сугроб.
— Сматывай удочки, дед, тебе здесь не место. Чего зенки вылупил? Пшёл-пшёл, — махнул тот кулаком, когда маг встал на ноги. — Ууу бирюк какой… Слушай мою команду…
Когда я дошёл до ступенек терема, скрип снега позади и сердитое сопенье возвестили о приближении Щукина.
— Они же помрут с ним, что ты творишь?
— Кто? — спросил я, глядя сквозь мага и изображая непонимание.
— Дед Пихто, хватит придуриваться! Думаешь, я не знаю, зачем ты этот концерт устроил? Хочешь разжалобить, чтобы я пошёл вместо него, да? Грязно играешь, барон, ох, грязно. Ладно, у нас с тобой недопонимание, но ребят-то пощади, отмени команду…
— Прокофий Степанович, мои приказы не обсуждаются.
— Пошли с ними хотя бы японца — этот демон за десятерых будет…
— Он стоит не меньше ста, — поправил я его и спустился на ступеньку вниз, — но тебе какое дело? Ты ведь у нас рыбу ловишь, вот иди и лови.
— Да пошёл ты, сопляк! — сплюнул себе под ноги Щукин и, размахивая руками, удалился прочь, заставляя прохожих шарахаться от себя.
Я повернулся обратно к лестнице. Там у крыльца стояли вечно усталый писарь и в одной рубашке целитель, вышедший вдохнуть свежего воздуха.