Естественно, это работало только при наличии денег на проходку, сумма в 400 рублей кусалась. Торговцы мелкой руки перебирались по старинке, либо арендовали виверн по купеческой лицензии. Без неë топай-ка дружочек пешком.
Чуть подальше от складской зоны разместились многочисленные дорогие гостиницы, рестораны, бордели, увеселительные заведения и игорные дома, где на ставки частенько принимали сам товар. Место хорошее, проходное, люди с деньгами водятся.
Наличествовала и государственная биржа, где можно было оптом сбыть своë добро. Империя заведовала международной торговлей, разрешая членам со специальной лицензией заключать сделки между собой. А если не хочешь или некогда искать контакты — продай быстро, но дëшево самой бирже. Там перепродадут скупленное проверенным зарубежным партнëрам.
Всемирный рынок выполнял схожую функцию, но там ты лишь арендовал место, и клиентами выступали обычные граждане, розничные покупатели. Сколько продал, столько и заработал. В «Сером-5» обитала рыба покрупней: промышленники, чиновники, титулованные особы с крупными заказами, главы наëмников, всякие богатеи и мутные личности с кучей «грязных» денег.
Наш караван последовательно погрузили и перетащили до врат в пятистах метрах от точки высадки. Отделение почты передало моë письмо через портал, и обмахивающийся бумажками толстый работник велел ждать ответа с той стороны. От Ростова до Таленбурга три часа пути туда и обратно. Я мог бы в одностороннем порядке переслать груз и покинуть мир-развилку, но хотелось получить новости из первых уст и только потом улетать. Груз мы оставили на хранение, а сами заселились в гостиницу.
Впервые за долгое время я принял шикарную горячую ванну, а затем с наслаждением прикорнул на три часика. Перина и подушка — моë почтение, утопаешь, как на облачке, всë чистенькое, пахнет свежестью. Тяжëлое одеяло, набитое пухом межмировой гигантской птицы, приятно давило на тело. По заверениям слуги оно отводит пот и ровно держит температуру для комфортного сна. Самое то после набивших оскомину землянок.
Проснувшись в хорошем расположении духа, я потянулся и спустился в ресторан отужинать. В номере Гио раздавались подозрительные стоны и шлепки, потому оставил его развлекаться.
— Седло из ягнëнка с соусом «Перигё», консоме с кнелями из рябчика, суп-пюре из каштанов с гренками, фрикасе из лесных грибов в масляном соусе «Карпантро» и персидский шербет, — закрыв меню, заказал я по-французски.
— Прекрасный выбор, ваше благородие. Консоме и суп-пюре — это первые позиции, я предложил бы презентовать их с интервалом, чтобы вы оценили букет каждой отдельно. Фрикасе приготовим прямо перед подачей к мясу как горячую закуску. Шербет принесëм охлаждëнным между супами и основным блюдом, чтобы освежить вкус. Седло ягнëнка мы запекаем в печи сорок минут и доводим томлением под крышкой до полной готовности. Общее время заказа — пятьдесят минут. Не желаете пока почитать вечерние газеты?
— Давайте.
— Вам на французском или на русском?
— И те, и те, ещë принесите на немецком, польском, османском и китайском.
— Как изволите, — церемонно ответил официант и удалился.
Краешек газеты за соседним столом опустился, и на меня поверх очков посмотрел аккуратно подстриженный джентльмен сорока лет. Короткие усики любопытно встрепенулись, и европеец обратился ко мне на французском:
— Молодой месье владеет пятью языками?
Я обернулся к нему, положив правую руку на спинку стула, а левой неопределённо повёл в сторону.
— Выходит, что так. А у вас французский родной?
— Вуи, месье…
— Черноярский, можно просто Владимир, а ваше имя как?
— Монклер Вильфор, рад познакомится, может, объединим столы? Я здесь полдня, а такая скука. Хорошую компанию сложно найти: каждый второй торгаш считает должным вылить на себя галлон мускуса, а я не переношу резкие запахи и такую же неграмотность.
— А вторая половина? — спросил я, указывая ему рукой на поднесённый официантом дополнительный стул; пачка газет легла с другого конца стола.
— А вторая половина не вылезает из прокуренных карточных клубов. Вист мне опротивел, вы здесь по какому делу?
— Возвращаюсь с войны, жду человека с родины кое-что передать.
— Хм, кое-что — это те самые загадочные тридцать телег? — он убрал своё чтение и отпил из стакана лёгкий глоток чая с лимоном.
— Как быстро здесь разлетаются новости.
— Плати за слухи — и они не успеют остыть. Местным тоже надо что-то кушать. Всегда хотелось побывать на большой войне, расскажите мне о своих приключениях.