Уже четвёртый день подряд подёнщики собирали и укладывали слоями клубнику в лукошках, чтобы та не помялась при перевозке. Урожай созрел раньше, чем мы думали. Ягода задалась налитая, пузатая, с кулак ребёнка, вся как на подбор тяжёлая и краснющая. С 3 га по приблизительным подсчётам выходило 60 тонн.
Пятьсот человек, привлечённых городничим со стороны, горбатились в полях за тройную плату, собирая по 10 т. в день. Глипты такую тонкую работу выполнять не могли — больше потопчут своими лапищами, так что их задача была относить груз в наши хранилища и на пристань в струг.
— М-да, переборщили мальца, — сказал я, когда увидел эту картину.
Под сделку с французом мы договорились всего о 10 тоннах, но я перебдел, велев засадить на всякий случай побольше. Получился запасец с горкой. Пятьдесят лишних тонн клубники мы распределим вот каким образом: 5 т. уйдëт в переработку на варенье и пастилу, 20 т. стратегический запас для растущего населения Таленбурга (круглый год свежая ягода, шутка ли!), и 25 т. прихватили сверху на продажу.
Вот и пригодился мой речной флот. Во владении у меня было три собственных струга, вместимостью в 60 т., но нам хватит и одного на 35 т. клубники, плюс 8 т. вес наших 40 гребцов-глипт. Специально выведенная порода: 1.5-метровые по 200 кг каждый — они идеально подходили под эту задачу со своей неимоверной выносливостью и физической силой. Грести ведь предстояло против течения.
Перевозка по воде — это лучший способ доставить хрупкий товар в целости, тем более такого объёма! В ростовской пристани разгрузимся в хранилища без всякой толкотни, а иначе пришлось бы трястись с десятками подвод по лесной дороге — только ягоду портить.
Со мной отправился также Нобу и двадцать человек из гарнизона. Драйзер припахал их охранять груз и заодно помочь с доставкой. Это были проштрафившиеся новички, хе-хе. Вид у всех понурый, но как только заметили японца, сразу повеселели — спросить совет у признанного мастера дорогого стоит. Нобу был нарасхват.
Помимо прочего, компанию мне составил Ейчиков, как купец рода Черноярских. Он сейчас суетился над расширением нашего торгового влияния в регионе и готовил документы для создания новой гильдии. Дело это нужное и важное, потому Дмитрий сильно переживал за результат.
— У нас кое-какие проблемы с лавкой на Всемирном. Второй раз проверка приходит, — пожаловался он, когда мы облокотились о борт, наблюдая за водой.
— Нарушения?
— Никаких, Владимир, ты же меня знаешь, но доколупаться ведь и до столба можно. Мы продержимся ещё немного, но…
— Понял, не бери в голову.
— Но как же ш, делу каюк тогда…
— Сосредоточься сейчас на брикетах, Маричу помоги — поставки организуй из храма, там мозгов не хватает. Отладь всю цепочку и расставь ответственных людей, — он был в курсе подземной авантюры. — Со Всемирным я скоро улажу, то не твоя вина. В Ростове также жмут?
Ейчиков вытер нос платком и кивнул.
— Со всех сторон обложили, даже мою торговлю.
— У тебя теперь только одна торговля — моя. Время сейчас неспокойное, но мы справимся, не переживай.
— Тяжко, — нахмурился он.
Дмитрий Генрихович отвечал за внутренний рынок Таленбурга, а также лоббировал интересы Черноярских в Ростове и Межмирье, полностью став кем-то вроде министра финансов. Мы довольно быстро нашли с ним общий язык, и он со всеми потрохами влился в выстраиваемую мной систему.
У Ейчикова был зуб на власть за поломанное будущее, а также ярким пятном бросалась в глаза склонность к обходным путям — не всегда любил действовать по правилам. На данном этапе для меня такой финансист идеален: с фантазией и чтобы не боялся нелегальных схем. За службу ему был обещан баронский титул и некоторые финансовые преференции.
— Биржа теперь тоже на тебе, справишься? — спросил я его под звуки стонущего струга и синхронных взмахов вёсел.
Наша посудина бодро укрощала течение реки, ветерок бил в лицо, а мимо в противоположную сторону проплывали случайные судëнышки. Пассажиры с них удивлëнно чесали затылки и громко переговаривались, указывая на камнекожих. Иногда приветственно махали нам, одобрительно поднимали большие пальцы вверх.
— То, что ты затеял, Владимир, это ого-го, — развёл руками Ейчиков. — А сейчас, тьфу — капля в море. Справлюсь, но потом без гильдии никак.
— Отлично, тогда, если не найдёшь никого из покупателей — спихни имперцам оптом.
— Ага, обойдутся! — Дмитрий эмоционально дёрнул рукой, сжатой в кулак. — Меньше 15 целковых за килограмм хрен кому отдам, сам сожру эту клубнику.
— Ты мне ещё нужен живым, — хохотнул я, похлопав бородатого скрягу по спине.