— Ты точно уверен, что сможешь повторить свой «Логос»? — спросил он вместо ответа.
— Кто у тебя болеет? — догадался я.
— Внучка.
Джанашия сорвал травинку и закусил её, отвернувшись в сторону.
— Припадки пятнадцатый год.
Так вот почему он в долгах был, когда поступал ко мне на службу! Да и обновок с хорошего жалованья не видно — ходит в одном и том же, мало куда выбирается вне Таленбурга. Всё отсылает на лечение.
— Привези еë к нам, восстановлю без очереди. Понял?
Гио кивнул несколько раз, всё ещё не глядя на меня.
— Дальше сам справишься, — сказал я ему, уходя вместе с Инеем обратно к пещере.
Иногда мужчине нужно время побыть одному.
Золотистой эндотеи в тот день мы наскребли всего лишь 10 грамм, то есть на десять «Пределов». Чисто статистически это провал, но впереди ещë много попыток, а также осмотр разворошённого гнезда древоточцев. Охранять там трупы оставили пятьдесят виверн — желающих полакомиться тухлятинкой они в эту же тухлятинку и превратят.
— Узнайте для чего кубы, — сказал я на следующее утро Александру и стоявшей в углу Пелагее.
Девушка притворялась, что ей неинтересно, но нет-нет, да поглядывала на стол со вскрытым чёрным артефактом. Курносый любопытный носик приподнялся выше обычного.
Её преданность сдвинулась с места только на пять единиц. Медленно. Но я готов был потерпеть сколько надо. Пусть выделывается. Со слов Чечевичкина, Пелагея уже осознала, что на поверхности никто еë не ждёт, взялась за работу: помогала ему со всякими мелочами и много читала.
— Ты хочешь забрать хронолит? — уточнил храмовник.
— Пока не узнаем, что это за штука, ничего не трогать, — велел я, не желая терять в случае чего ценную магтехнологию. — Раз она у каждого была в доме, значит, и нам пригодится. И ты тоже, слышишь? — позвал я Кох. — С твоей задачей пока отбой, на второй план еë — помоги Александру. Один умник хорошо, а два хорошо в квадрате.
— Пф-ф-ф, — закатила она глаза, но благо без возражений.
— У нас опять исчезнувшая магическая цивилизация людей. Я думал, они только в чёрных мирах встречаются, — вздохнул Чечевичкин, он успел мельком осмотреть пещеру. — Судя по всему, артефактами они не пользовались, но подобные скульптуры без магии не сотворишь. Я проконсультировался с Гио Давидовичем — он подтвердил мои слова, пещеру облагораживали земельники. Все эти статуи, укрепление сводов — тончайшая инженерная работа. Да и место не случайное, прямо под жилой.
— Мечи, кольчуги, утварь — у них всë из этого чëрного металла, — добавил я.
— Никсорианская руда или никсор.
— Что?
— Это официальное название от РГО, — пояснил Александр. — Материал чуть мягче и легче железа, без труда обрабатывается и плавиться даже в обычной печи. Казалось бы, неплохо, но при минусовых температурах становится хрупким, для бытового потребления сойдëт, но в бою зимой хуже обычной палки.
— Департамент металлургии и материаловедения считает, что никсор — технически бесполезный материал, — подала голос Пелагея. — Он обладает худшими характеристиками по всем ключевым параметрам по сравнению с земной сталью и чугуном, про разницу с межмировыми сплавами я молчу. Месторождения консервируются как нерентабельные. В список стратегических металлов не внесëн. Аборигены использовали его как единственную альтернативу. Такие дела, — качнула она плечами.
Я одобрительно кивнул и показал пальцем на куб.
— Заткните за пояс этих лопухов из РГО, присмотритесь к никсору повнимательней. Зодчие, спрятавшие город в пещере, были гениями и что-то да знали. Копайте, друзья. Ответы мне нужны как можно скорей. Ах да, чуть не забыл, подойди, — велел я Кох.
Иллюзорница оттолкнулась от стены и неохотно послушалась.
— Что это? — спросила она, когда я высыпал на ладонь из бумажного мешочка драгоценную смесь порошков.
Они у меня были расфасованы по дозировкам на заклинания и хранились под замком.
— Стой смирно, — приказал я и запустил процесс разрушения её предела, золотистая плёнка опутала тело Пелагеи второй кожей и впиталась. — Ага, прошло. Аккуратней, садись, — я передал за локоть обмякшую девушку Александру, и тот усадил еë на стул.
— Я как будто лечу… — пролепетала она, и я, усмехнувшись, покинул их, ещё дела на поверхности ждали.
Разведчики сейчас сжигали трупы древоточцев, потрошили уничтоженное гнездо, рыскали по округе, составляя карту местности, а также активно строились с помощью глипт и привлечённого с поверхности прораба Яра.
Кстати, этот молчун успел обзавестись дополнительной профессией, талантом и даже общественный статус заполучил! Не верится, что совсем недавно мы с ним и Митькой Кошевым бороздили низкоранговое Межмирье, сшибая копейки. Эти два мужичка были первыми, кто поверил в меня, и теперь заслуженно стали большими людьми.