Не то чтобы ее застенчивость мешала Трою рассказывать одну историю за другой, отчего время поездки в автомобиле бежало быстрей, чем могло бы. Он успел поведать о том, как однажды встретил Лайзу на празднике в пустыне, танцующую топлес при свете костра. О том, как Лайза украдкой снимала все происходящее на ферме с помощью крошечной камеры, которую Трой тайком пронес к ней во время одного из посещений.
– Из ее видео я сделал монтажи. И скульптуры. Они должны были пригодиться для одной большой вещи, над которой я работаю. Это было бы шоу, но не только, а нечто большее. Обвинительный акт. Но потом Лайза сказала, что они нужны тебе, и это тоже круто, – сказал Трой, а потом принялся болтать о потребительстве, о превращении всего на свете в товар и о статуэтках Венеры, одна из которых была недавно обнаружена в ходе раскопок. Ей по меньшей мере тридцать пять тысяч лет, но и теперь, целую вечность спустя, она все равно производит потрясающее впечатление. – Нет, правда, – продолжил он, – формы беременной женщины попросту внушают трепет.
Теперь, когда рассказы Троя иссякли, он смотрит на Джейн так пристально, что ее бросает в дрожь. Снаружи, приближаясь, завывает сирена.
– Что, если здесь ее нет? – снова спрашивает Джейн, начиная поддаваться панике.
Дверь со стороны Джейн со щелчком разблокируется, это Трой отпер ее нажатием кнопки.
– Иди и проверь. Если Амалии здесь нет, мы найдем ее в твоей квартире.
Джейн заставляет себя выйти из машины. Она поворачивается, желая поблагодарить Троя, смущенная тем, что была не слишком дружелюбна во время поездки, и только тут замечает: он наставил на нее камеру своего телефона. Видеосъемка.
Он смотрит на спутницу, медленно растягивая губы в улыбке, которую Джейн помнит с тех пор, как встретила его в лесу.
– Для потомков, – объясняет он без тени смущения и направляет камеру телефона прямо на ее лицо.
Джейн идет к стеклянным дверям больницы, слегка дрожа, несмотря на ночную жару. Она сознает, что позади Трой, вероятно, все еще ведет съемку. Увековечивая ее неестественную раскачивающуюся походку. Пересматривая свое мнение о формах беременной женщины.
Джейн протискивается через вращающуюся дверь в вестибюль больницы, не позволяя себе ни думать, ни чувствовать. Охранник смотрит на нее, и внутри у Джейн все обрывается, но он зевает и отворачивается, занявшись своим телефоном.
– Акушерское отделение на седьмом, – обращается к Джейн мужчина в справочном окошке, когда подходит ее очередь.
– Нет, я… я ищу свою дочь… – извиняется Джейн.
– Имя?
– Я Джейн Рейес.
Мужчина бросает на Джейн взгляд, который ей так часто доводилось видеть раньше (так на нее, например, смотрели родители Билли и надменные дети обитателей дома престарелых).
– Как зовут вашу дочь?
– Ах да, – краснеет Джейн. – Она Амалия. Амалия Рейес.
Мужчина набирает имя на клавиатуре, сине-зеленый экран компьютера отражается в его очках. Затем он качает головой:
– Ее нет в базе.
– Но я знаю, что она здесь. Со вчерашнего вечера!
Джейн кладет руки на стойку. На лице мужчины появляется выражение недовольства.
– Что я могу сказать? Она здесь не значится.
Он пожимает плечами, отворачивается от Джейн, показывая, что разговор закончен, и спрашивает женщину, стоящую в очереди следующей, не может ли чем-нибудь ей помочь.
Джейн, разозлившись, требует:
– Энджел Калапатия! Проверьте это имя. Пожалуйста. А также Эвелин Арройо. Она моя двоюродная сестра…
Мужчина качает головой, но повинуется. Он просит Джейн произнести имена по буквам и неохотно стучит по клавиатуре. Позади Джейн раздается негромкий стук, и женщина в очереди начинает ругать сына за то, что он уронил стаканчик с соком. Его рубашка совершенно новая, и теперь она вся в пятнах.
– Десятый этаж, – коротко произносит мужчина, глядя мимо Джейн на расстроенную мать и плачущего мальчика в испорченной рубашке.
В лифте, когда двери закрываются и он начинает подниматься, дыхание Джейн учащается, и она дышит с трудом, как будто воздух стал разреженным. Чтобы не упасть, она прислоняется к стенке лифта – холодной, металлической.
У меня паническая атака.
Джейн вспоминает, как психолог в доме престарелых учила пациентов справляться с такими приступами. Она заставляла их обводить указательным пальцем одной руки контуры другой, медленно дыша при этом. Джейн видела, вытряхивая в пластиковый мешок содержимое мусорных корзин, как старики очерчивают свои ладони и пальцы.