Рейган не может сказать, обращается доктор Уайльд к ней или к клиентке.
– Когда был последний приступ?
Голова Рейган все еще гудит, но выражение лица доктора Уайльд заставляет ее колебаться.
– Гм… Довольно давно…
– Часто ли они случаются?
– Вовсе нет.
– Ребенок пинается?
Совершенно очевидно, что доктор Уайльд просто повторяет вопросы клиентки. Об этом свидетельствует то, как она делает паузу, прежде чем заговорить, а затем снова делает паузу, выслушивая следующий вопрос. Как будто доктор Уайльд не имеет собственного разума, а является просто проводником, марионеткой, сидящей на табурете.
Рейган заставляет себя посмотреть в камеру.
– Пока нет.
– Это нормально, мамочка, – заверяет доктор Уайльд, ни к кому не обращаясь. – Эта хоста беременна впервые, поэтому ей потребуется больше времени, чтобы почувствовать движение ребенка.
Пауза, наклон головы, затем доктор опять обращается к Рейган:
– Ваш живот увеличился?
– Примерно такой же, какой был.
Доктор Уайльд велит Рейган сесть и развернуться. Медсестра распахивает халат, прежде чем Рейган успевает ее остановить, обнажая живот и грудь. Камера, доктор Уайльд и медсестра изучают Рейган, не обращая внимания на ее нервное ерзание и румянец на лице.
Доктор Уайльд делает паузу, а затем смеется.
– Да, плоская, как доска… но мы ее откормим! Да, я так и сделаю. Спасибо, мамочка. До следующей недели.
Она протягивает наушники медсестре. Медсестра велит Рейган переодеться и кладет полотенце ей на колени. Они болтают о назначенных на утро обследованиях и удаляются. В дверях доктор Уайльд оборачивается:
– Хорошая работа. Так держать.
Она показывает Рейган нехарактерный для нее жест: поднятый большой палец. Рейган знает, что ее попросила сделать это клиентка.
– И, конечно, переход во второй триместр означает, что вы получите свой первый бонус, – замечает доктор Уайльд.
– Спасибо.
Рейган застегивает верхнюю часть халата и вытирает живот полотенцем.
Она ждет, пока доктор и медсестра исчезнут в коридоре, после чего начинает натягивать спортивные брюки и футболку. Наушники лежат на лотке на стойке. Рейган осторожно берет их и прикладывает к уху. Тишина. И причем гудящая.
– У меня новости.
Рейган наклонилась и сушит волосы. Между ног она видит босые ступни Лайзы, ступающие по ковру. Ногти на них выкрашены в ярко-зеленый цвет.
– Большие новости, – повторяет Лайза, плюхаясь на кровать Джейн.
Потом она начинает отколупывать лак с ногтей, и зеленые хлопья рассыпаются по покрывалу Джейн.
– Ты должна за собой убрать.
Рейган знает, командовать нехорошо, но ее раздражает, что Лайза всегда оставляет беспорядок на кровати Джейн. Не то чтобы Джейн когда-нибудь жаловалась. Но это ее тоже раздражает. И как Джейн выносит подобное?
Рейган бросает полотенце на пол и достает из шкафа чистый халат. Он свежевыглажен и пахнет мятой.
– Мне нужно снять лак. Новая координаторша меня за него отругала. Из-за токсинов…
– Это не проблема. Потом я все уберу, – предлагает возникшая из ниоткуда Джейн.
Она имеет неприятную привычку появляться и исчезать без звука, подобно кошке. Теперь она стоит у двери, готовая в любой момент выскочить в коридор. Тонкая пленка пота блестит на ее лбу, и на ней тренировочные шорты.
– Спасибо, Джейн. Ты крута.
– Убери сама, Лайза!
Рейган сожалеет, что рассказала ей о привычке Джейн убирать комнату всякий раз, когда должен прийти обслуживающий персонал. Лайза предположила, что поведение Джейн имеет давние корни. Филиппины были колонизированы так давно, что филиппинцы привыкли находиться в услужении. И теперь, многие поколения спустя, их гены на это настроены. Именно поэтому лучшие отели в Азии убираются филиппинским персоналом.
Лайза стряхивает хлопья лака с кровати Джейн.
– Теперь довольна? Что с тобой творится в последнее время?
Рейган пожимает плечами. По правде говоря, она сама не знает. Может, гормоны, а может, головные боли. Кроме того, она все еще раздражена тем, что Лайза – королева конспиративных теорий – так пренебрежительно отнеслась к УЗИ Рейган в начале недели. Доктор Уайльд склонила голову набок, когда слушала голос в наушниках, и отнеслась к ней так холодно, как будто она подопытный кролик. Если бы это случилось с Лайзой, та бы разглагольствовала об этом несколько дней и требовала, чтобы Рейган ее выслушивала. Но ее последняя одержимость – это что-то особенное. Она считает, будто в «Золотых дубах» кто-то вынашивает ребенка за миллиард долларов, и ей хочется знать, кто именно.