Та резко развернулась и радостно доставила коробку. Я покопалась и вынула оттуда картонку с нарисованной буквой «А».
— Я называю букву, а те… кому она понравилась, выходят сюда и берут ее у меня. Только два человека. Не торопитесь, букв много…
Я понимала, что это может только запутать их, но ничего более интересного пока в голову не пришло.
На первую букву согласились почти все, я отобрала двух детей, остальных вернула назад.
— Буква «Б»…
Дети уже поняли принцип и дальше дело пошло быстрее. Мы быстро разделили все буквы. Детей оказалось немного больше и к букве «А» пришлось добавить еще одного человека, Славика, который ничего не понял, но с радостью присоединился к беготне собратьев.
Дети весело называли вслух название букв, и концу распределения даже умудрялись обзывать друг друга А-ашками или Д-дешками.
Это было весело даже для меня, я громко со всеми смеялась и не заметила, как вернулся со стулом Казимир.
Он громко обрушил стул на пол, демонстрируя негодование, подхватил одну лавочку, отодвинул ее подальше к стене, лег, и, натянув что-то на глаза, собрался спать…
Ну-ну…
Я кивнула в благодарность за стул и с облегчением присела.
— Мы теперь знаем, как выглядят буквы… Теперь давайте знакомиться, заодно выяснять с какой буквы начинаются ваши имена. Итак, кто у нас под буквой «А» — как вас зовут?
Дети громко называли свои имена, а потом почти всегда правильно называли букву, с которой они начинались. Так как говорили все вместе, то несколько развитых детей, которые улавливали это сходу, помогали сориентироваться остальным. Тем самым никто не ошибался.
Были и затруднения, но только у меня. Я не знала правильного написания некоторых имен, тех, которые мне до этого не попадались в книгах, и называла похожий звук на свой страх и риск.
Когда дети все представились, заодно разобрались, я почувствовала как они устали.
Так что, попросив свою русоволосую помощницу Маринку, которую как она успела мне гордо рассказать, назвали в честь нашего доктора, собрать буквы в коробку, я попросила:
— Ребята, теперь я вам почитаю. Все садитесь как вам удобно.
У Георга на полке в маленькой комнате на первом этаже гордо называемой библиотекой лежали три детские книги. Я их еще не знала, потому нежно раскрыла старенькую обложку и начала читать.
Детвора, наконец, расселась и замерла. Большинство из них слушали с неподдельным интересом. Кое-кто попросту уснул, как согревшийся Славка, который вскарабкался мне на руки и мгновенно задремал.
Я читала им про маленьких человечков где-то около часа. На улице начало темнеть, дети слушали как зачарованные, но пришлось возвращать их в реальность.
— Итак… Завтра наши буквы будут ходить в гости друг к другу и мы научим их хвастаться. — Идея дальнейшего обучения пришла в голову внезапно, я даже чувствовала себя воодушевленной. — А пока вы одевайтесь и бегите домой, а то родители буду волноваться.
— А вы нам завтра почитаете? — спросил до этого постоянно молчавший мальчик с длинными волосами, которые, однако, не делали его женственным.
— Конечно! А потом вы будете читать сами, когда хорошо с буквами познакомитесь…
Дети радостно переглянулись и с шумом, толкаясь и дразнясь, стали собираться. Искренне завидуя их энергичности, — я от усталости уже еле сидела, — помогла одеться Славику и проводила детей из амбара.
— И че ты тут детям наплела про человечков? Какие такие человечки? С детства детей врать учишь?!
Я повернулась к Казимиру, задумчиво его рассматривая.
Он продолжал ворчать:
— Чего расселась? Давай топай домой! Или на вторую смену к упырям не хочется?
Насчет второй смены я не поняла, подумав, неужели Милана ему не рассказала, что по ночам в доме никто не убирает.
И все же грубые слова требовали ответа.
Наградив Казимира более чем недоуменным взглядом, я сухо отозвалась.
— Никакого повода так говорить со мной я не давала. Если приказ хозяина тебя так утруждает, то сообщи ему об этом лично. Совершенно бесполезно срывать раздражение на мне! Я всего лишь, точно также как и ты, исполняю его приказ.
— Обхохочешься! Это чучело, оказывается, еще и отвечать умеет! — съязвил Казимир.
Сухо кивнула.
— Несомненно. А еще и думать. Буду рада, если и ты присоединишься к этому благородному занятию!
Казимир на миг опешил:
— Какому занятию?
— Думать, Казимир, думать! Прежде чем что-то сказать, надо подумать, — устало отозвался женский голос у входа.
Я обернулась. Это доктор в длинном меховом жилете, накинутом поверх длинного плаща, неслышно вошла в амбар. Марина, вызывала у меня неподдельное уважение. Улыбнувшись, я вскочила с единственного стула и предложила его ей.