— Еще раз, позови Кнута, это срочно! Потом сам будешь пояснять хозяину, почему он вовремя не пришел! — раздраженно напомнила я.
— О, теперь и хозяина приплела… — Лысый с ухмылкой сплюнул, остановившись прямо передо мной.
— Если ты не собирался помогать, то чего тратишь мое время? Им помощь нужна… — уж совсем другим тоном начала я.
Но вместо ответа Лысый, оскалив зубы как дикий зверь, резко схватил меня за шею.
Отступая, я сделала большой шаг назад, и уперлась в стену.
— Отпусти! — крикнула я, когда упырь начал перекрывать мне воздух.
— Нет уж… ты сама сюда пришла.
— Меня послали…, — прохрипела я, пытаясь оттянуть его руку от своего горла.
— Ах, ну и разбаловал свою скотину Георг! Хозяина не признаешь, с поручением посылаешь… За такую наглость надо ответ держать!.. — Проговаривая это сквозь зубы, он попытался расстегнуть комбинезон, который мог поддаться только мне.
— Ах, вот какими штучками вас наделяют… нет, нам такие раздать! — гневно дергая за молнию, прошипел Аман.
Кажется, наличие защитного комбинезона он добавил ко всем остальным моим «проступкам».
Но говорить я не могла, силы упыря и человека изначально не ровны, я ничего не могла сделать, даже хрипеть. Только судорожно вцепиться в его руку, чтобы он меня окончательно не придушил.
— Расстегивай его, давай!
Я из последних сил помотала головой: нет!
Он с насмешкой вывернул мою руку и подставил пальцы к датчику. Комбинезон ошибочно посчитал это моим движением и застежка молнии подалась.
От удушья и боли я начала терять сознание, сползая на бетон… Где-то рядом раздался холодный голос:
— Отойди от нее, не видишь, она тебя не хочет!
Лысый пропустил его предостережение мимо ушей и, продолжая расстегивать молнию до конца, фыркнул:
— И не надейся мне помещать, безрукий уродец. Это моя добыча! И вообще… Даже если эта девчонка тебе даст, ты сильно разочаруешься! Такая же доходяга как ты! — Он убрал руку с моего горла и ухмыльнулся мне в лицо:
— Хотел бы я посмотреть, как ты раздвинешь для меня эти тощие ножки!
— Аман… — Я, задыхаясь, оборвала его, в гневе оттолкнув ногами, — заткнись, урод!
Лысый, который от моего удара едва сдвинулся с места, довольно заржал:
— Какая храбрая! Ждешь, что твой хозяин кинется тебя защищать? Да разбежался, зачем ему такое уродище… А я не гордый, мне теперь всякая сойдет!
Пользуясь тем, что он отвлекся, я попыталась застегнуть молнию. Но он поймал мою руку еще на талии, сжав ее так, что затрещали кости. Я закричала от боли.
Тем временем неизвестный, с которым говорил лысый, подошел совсем близко и вдруг со всей силы ударил Амана ногой по голове. И это был не мой слабый удар: лысый по инерции отлетел и ударился лбом о бетонную стену коридора.
Тут я увидела, что мой защитник однорукий, очень истощенный упырь с белесыми глазами, как раз тот тип упырей, который я когда-то больше всего боялась и ненавидела.
Однако, несмотря на свой жалкий и очень истощенный вид, не давая Аману подняться, он несколько раз здорово ударил его ногой. Причем проделал это абсолютно хладнокровно, словно играя. Когда лысый потерял сознание, однорукий подошел ко мне. Я не успела даже испугаться, когда он поднял меня одной рукой.
— Пошли, я отведу тебя, тебе надо быстрее убраться отсюда.
— Да…
Я вытерла слезы и, шатаясь, пошла за ним, едва соображая.
Затянув молнию на горле, уже не считая комбинезон таким «умным», заблокировала ее.
— Меня зовут Ивета…
— Ладно… — равнодушно отозвался однорукий и пошел к дверям
— Спасибо… что помог, — выдохнула я, пытаясь говорить членораздельно, несмотря на то что меня до сих пор трясло. — Не ожидала… за твою помощь. Я имею в виду…
— Иди скорее… — вместо ответа угрюмо пробурчал однорукий, нетерпеливо оглядываясь.
Я кивнула, но все равно мы не успели.
К упавшему без сознания Аману подошли два упыря, судя по оборванной одежде, такие же новички, как и однорукий.
— Это ты? — оглядевшись и заметив нас, раздраженно воскликнул здоровяк с нормальными глазами.
— Я задержу их, — вместо ответа сквозь зубы отозвался однорукий. — А ты быстрее открывай дверь и уходи! Я не смогу за себя драться и тебя прикрывать!
С тоской поглядела на прикрытую дверь в комнату Корбана, вынула из кармана ключ и открыла решетку, выскользнув наружу.
Закрыв дверь, переживая за своего защитника, с тоской смотрела как однорукий, несмотря на увечье, уже сбил одного из нападавших с ног, пользуясь тремя целыми конечностями равноценно, как обезьяна. Но их было двое, и силы были явно не равны…