Какое презрение друг к другу… но это же упыри, чего я удивляюсь?
— Надо его убрать отсюда… — Марина огляделась в поисках помощников. Но никого, кроме того охранника, что остался за пультом, здесь не было. Она вновь заглянула в комнату с мониторами.
— Иди сюда… Как тебя зовут, парень?
Невысокий коренастый охранник нехотя поднялся из кресла.
— Меня зовут Мешко.
Прямые русые волосы, подстриженные на подобии петушиного гребешка, серые глаза с легким намеком на упыриную бледность, спокойная реакция на приказы. Он Марине, видимо, приглянулся, так что она продолжила раздавать указания:
— Итак, Мешко, пока Кнут не вернется, будешь у меня за главного. В пока собери тех, кто сейчас здесь остался…
Хмуро кивнув, не задавая вопросов, Мешко вышел. Мне кажется, его не сильно обрадовала перспектива стать главным у Марины.
Из коридора послышались приглушенные стенами недовольные вопли упырей: «Да что ей надо?!», «Делать мне больше нечего, как все бросать и идти к ней…»
Не сговариваясь, мы с Мариной переглянулись и, скрывая кривые усмешки, повернулись в сторону идущих охранников.
Через две минуты перед входом в комнату под нажимом Мешко собрался отряд тех, кто остался охранять Ферму.
И среди них я к своему ужасу заметила лысую голову Амана.
Демонстрируя свое недовольство, он хоть и с явным отвращением все же подчинился приказу Марины и встал рядом с остальными, а при взгляде на меня у него то и дело появлялась злорадная ухмылка.
Безуспешная попытка игнорировать его гримасы кончилась тем, что я пристально уставилась на него в ответ, безмолвно, одними глазами, выражая всю свою ненависть и презрение. Обратив внимание на наши «гляделки», Марина, не сводя с лысого упыря ледяного взгляда, отозвалась:
— Мешко… Этого предателя в карцер.
— Как же… — с легким недоумением пробурчал Мешко, недовольно покосившись на меня.
— В карцер? С чего вдруг? — оскалился Аман.
Марина оскалилась в ответ:
— Я не могу в такое время позволить себе роскошь иметь под боком предателя.
— Да ты что?! — издевательски переспросил он. — А может, просто кто-то дорвался до власти и раскудахтался, набивая себе цену? — Лицо лысого исказила ярость, он выпучил глаза и выставил челюсть вперед, словно сию секунду собираясь накинуться на Марину и превратить ее в кровавое месиво.
Доктор молча взяла у меня инъектор и невозмутимо наставила его на Амана. Я ахнула. У меня от шока округлились глаза. Я-то понимала, что Марина не шутит, и он получит не безопасный спирт!
Ситуация накалялась…
Бросив неприязненный взгляд в мою сторону, Аман заставил себя усмехнуться, и больше никого оскорблять не стал, видимо мой неподдельный ужас навел его на мысль, что не все так просто, как ему показалось.
Мешко, увидев инъектор, с опаской отшатнулся. Значит и он наслышан о возможностях Марины. Доктор, не сводя с лысого невозмутимого взгляда, повторила приказ.
— Этого в карцер. Быстро!
Испуганный Мешко, пытаясь уладить конфликт, поторопился отозваться:
— Как прикажете! Сейчас отведу его в карцер.
Лицо Амана окаменело, и хотя его глаза метали молнии, он больше ничего не говорил.
Мешко взял Амана за локоть, и повел. Когда тот проходил по коридору, Марина насмешливо проговорила:
— На будущее… когда Георг уезжает один, он и Корбана отдает под мое командование. Сомневаться в ее словах у меня не было основания. Чувствуя облегчение, я проводила взглядом Амана, которого передергивало от бешенства.
Доктор спокойно продолжила:
— Наблюдающим вернуться к работе, остальным… — две секунды Марина, словно что-то просчитывала в уме, и, наконец, договорила:
— Донести и сложить у входа на ферму два укупорочных ящика с оружием. Пока хватит. Я пришлю за ними людей.
И для меня пояснила:
— Пусть люди Семена охраняют ферму изнутри, на случай прорыва.
Она раздала последние указания охране, и мы пошли по коридору обратно. Я чувствовала облегчение, но Марина, вместо удовлетворения от выполненного долга, устало вздохнула, словно ей стало еще тяжелей:
— Теперь будем молиться, чтобы Кнут успел остановить их до начала атаки.
Не понимая к чему такое беспокойство, я коротко кивнула, думая о том, что, скорее всего, Марина перестраховывается. Ну, начнут враги атаку и что? Стена, да и прочие защитные штучки Георга, типа пушек, для чего? Как враги их преодолеют?
Нет, не смогут. Такое просто не укладывалось в моем представлении, потому я была спокойна.