С оглушительным треском, похожим на выстрел танка, где-то рядом с домом прогремел раскат грома, раскрашенный вспышкой молнии. Ивета вновь застонала, еще сильнее укрываясь в свои ладони.
Мне не хотелось ни с кем возиться, утешать, успокаивать, но надо было что-то делать. Идея пришла быстро. Обреченно вздохнув, я громко постучал в ее дверь.
Ивета нехотя сползла с кровати вместе с одеялом и настороженно выглянула наружу, явно не радуясь моему внезапному появлению.
— Если не спишь, бери свое одеяло и пошли к Корбану, будем фильмы смотреть. Все равно под такой грохот не уснуть.
Она миг раздумывала, потом с облегчением кивнула. Я тут же занудливо добавил:
— Теплые носки не забудь, я приказал больше в доме не топить.
Ивета вновь послушно кивнула и все также, в одеяле, молча полезла на полку шкафа за носками. Про себя я усмехнулся, всегда была бы такой послушной!
Я пропустил ее вперед. Мы быстро спустились и вышли из дома на улицу, где и попали под новую стадию грозы: раскат грома со вспышками молнии прозвучал почти над головой. Втянув голову в плечи, Ивета быстро юркнула в дверь, ведущую к подвалам.
Так боится грозы?
Когда мы добрались до комнаты Корбана и устроились перед экраном, идея о просмотре фильма уже не казалась мне столь досадной.
Я достал подушку и одеяло из шкафчика у стены, удобно устроился на диване и включил любимую коллекцию документальных фильмов Корбана. Ивета скромно присела рядом.
— Хочешь чаю? Корбан всегда держал его для гостей. — Не открывая глаз от монитора, Ивета покачала головой, отказываясь от угощения.
Я повернулся к экрану и поймал себя на том, что смотрю эти осколки воспоминаний о нормальной жизни с не меньшим удовольствием, чем она. Девушка изумленно качала головой, при виде реки буквально кипящей от красной рыбы, пробивающейся против течения. И, распахнув глаза от избытка впечатлений, повернулась ко мне, когда увидела, что на берегу этой реки сидит маленький медвежонок, этакий неловкий увалень, который лениво хлопая по воде, цепляет когтями очередную рыбку.
— На самом деле так и было?
Я лениво отозвался:
— Почему было? Наверно где-то так все и осталось.
Она грустно вздохнула:
— Вот бы вживую увидеть…
Я рассмеялся:
— Угу, особенно медвежонка. Главное, успеть вовремя убраться, пока не пришла его мамочка.
— Это так опасно?
Я хмыкнул:
— Еще бы…
Документальный фильм закончился, и я включил новый.
Скучная третьесортная мелодрама отлично подошла для сна и очень скоро Ивета, завернутая в свое одеяло, теплым коконом сползла на мое плечо. Но сейчас отнести ее спальню, как в прошлый раз, я не мог, так что прикрыл ее своим одеялом и включил себе другой фильм. Но и этот мне не пошел.
Плохо зажившие ноги с пола обдавало холодом. Я устало вздохнул, и улегся на диван, пряча их под теплый меховой покров.
Вяло поглядывая одним глазом на экран, в качестве развлечения наблюдал за спящей девушкой. Ивета окончательно развалилась на мне, высвободила руку из одеяла и, прижавшись всем телом, положила руку мне на грудь.
Упырей она ненавидит, угу… я усмехнулся. Да меня она на грамм не боится. Ее пугает гроза, цепляют глупые шутки, все что угодно, кроме меня. Это почти оскорбительно, устроилась удобно, и беззаботно дряхнет рядом со страшным упырем.
Поймав себя на том, что улыбаюсь, прилег рядом…
Чертов вирус…
Ивета
Я приоткрыла один глаз, чтобы взглянуть на того, кто меня будит.
Георг…
В первый момент не сообразив, что к чему и как я тут оказалась, в ужасе отпрянула.
Что хорошего можно подумать. Полная темнота, чужое место, без намека на свет из окна, и… лицо хозяина надо мной. Как он здесь оказался? Мы что, спали вместе?!
Георг вновь недовольно потряс меня за плечо.
— Проснулась? Вставай и беги, сейчас Милана за тобой придет. Обещала до рассвета явиться.
Я в шоке подскочила, не зная в темноте, что делать и куда бежать.
Он опять заворчал:
— Ну куда ты без одеяла?! Там холодно. Забирай свое и топай в нем! Мне одного хватит. — Явно обрадовавшись тому, что места на диване стало больше, хозяин развернулся на другой бок и натянул свое одеяло на голову.
Наконец, я вспомнила, как пришли сюда, что смотрели фильмы о той жизни без вируса, и как Георг включил что-то скучное и малопонятное, потом я уснула. Видимо, он тоже.
Я с трудом в темноте нащупала свои тапочки, вытянула одеяло, а из-под мехового покрывала донеслось раздраженное:
— Иди быстрее, она ждать не будет!