И все-таки Шур вынул винтовку и уже не мог остановиться. Не он, а винтовка командовала им, подсказывая, что делать, и постоянно подгоняя. Сверху лег прицел, снизу тяжелым брюшком прилепился магазин, клацнул, предвкушая добычу, затвор, винтовка скользнула к плечу и доверчиво прильнула к щеке, резина окуляра всосала глаз. Вот они: о чем-то разговаривают. Вальдес, несмотря на увольнение, весел. Сначала его. Перекрестье подплыло ко лбу, по которому металась ничего не подозревавшая челка. Цифры в углу показывали скорость ветра и расстояние до цели: 3.4 м/с; 2.1 км. Перекрестье стало красным – можно стрелять. Шур нажал на гашетку, которая в отличие от спускового крючка автоматически обеспечивала плавный спуск. Хлопнул глушитель. И в ту же секунду Шур с ужасом увидел, как самокат подскочил над серо-зеленым бугром. Вальдес взмыл вверх, пуля ударила в радиатор, самокат будто наткнулся на стену, его зад задрался, вышвырнув седоков наружу. Шур лихорадочно водил стволом, стараясь довершить начатое, но Вальдес с напарником с фантастической быстротой оценили обстановку и скрылись за небольшим валуном. Шур успел заметить блик, выскочивший на мгновение из-за естественного укрытия Вальдеса и его попутчика. Перископ или оптический прицел. Тут Шур сообразил, что он словно муха на этой стене. Только, в отличие от мухи, не может взлететь (почему люди не летают, хотя бы как мухи?). Одинокая мишень на бетонной стене. Как в тире. Преодолевая скорость света, Шур запихал винтовку в мешок и начал карабкаться вверх. Видимо, его разглядели не сразу. Шур устремился ввысь, едва касаясь скоб. Лишь на мгновение он замер, когда пуля, прожужжав у него над ухом, влепилась прямо в скобу, срикошетила в стену и, злобствуя, унеслась прочь, обдав его осколками бетона. Но Шур был уже наверху. Перевалившись через край, едва успев сообразить, что с другой стороны скоб нет, он тут же рухнул вниз.
Затхлая вода разрывала рот, пытаясь прорваться внутрь. Стиснув зубы, Шур рванулся на поверхность. Через пять минут они будут уже здесь.
Вдоль стены тянулся искусственный ров, наполненный водой. Хорошо, что не соляной кислотой, – усмехнулся Шур, в три гребка достигнув суши. Ров давно потерял признаки антропогенного происхождения и больше походил на речушку с размытыми и заросшими берегами.
Шур заполз в заросли трота и тревожно оглянулся. Над стеной показалась взлохмаченная голова Вальдеса. Быстро они, однако, – мелькнуло у Шура. На всякий случай он полез за винтовкой. Вальдес крикнул кому-то вниз и исчез. Шур выскользнул из камышей и, воровато оглядываясь, запетлял к виднеющейся неподалеку группе строений. Добежав до убежища, он залег за каким-то мусорным ящиком, достал оптический прицел и вперился в верхний край стены. Ни Вальдеса, ни кого-либо еще не было. Прождав около пяти минут, Шур решил удалиться от этого места как можно дальше. Скорым шагом прошел он вдоль развалившегося хлева, затем мимо тракторных мастерских и вышел в чистое поле. Растительность скрывала его с головой. Это успокаивало, и Шур, раздвигая, словно пловец, упругие стебли, двинулся вперед, напряженно размышляя, как ему найти своего клиента на такой огромной и неизведанной территории. Второй вопрос «что делать, если клиент найден не будет или обнаружатся точные доказательства его гибели?» его нисколько не занимал. Здесь все было предусмотрено уже давно. Но об этом Шур предпочитал не признаваться даже самому себе.
Самым главным на данный момент было не потерять направления в этом море травы и не выйти случайно к джунглям. Однако все эти соображения уступили место глубокой депрессии, когда трава кончилась. Перед ним простирались заросли редкого кустарника, отдельные рощицы. За горизонтом тускнели какие-то строения. Вокруг, насколько хватало глаз, не было и следа пребывания человека. Куда идти? Шур собрал немного хвороста, поджег его лазерным лезвием суперножа и стал кипятить воду прямо во фляжке. Вскрыл консервную банку с бифштексом и захрустел галетой. В общем, жить можно. Но не долго.
Шур чуть не подавился, когда увидел в небе черную точку. Его ухо отчетливо различало хоть и слабый, но совершенно определенный шум, который было невозможно перепутать ни с одним другим. Точка увеличивалась. Вооружившись оптическим прицелом, Шур визуально подтвердил свою догадку: над Карфагеном летел индикар. Сердце заколотилось от предчувствий. Перекрестье вспыхнуло красным, предлагая хозяину выстрел. Цифры в окуляре показывали, что до цели ровно два километра. Индикар шел на снижение. Его посадочная площадка находилась совсем рядом. Не упустить бы… Индикар, рокоча тормозными винтами, скрылся за верхушками деревьев, образовавших небольшую рощицу.
Шур, не спеша, доел остатки обеда, собрал вещмешок и осторожно двинулся к месту посадки индикара. Уже через сотню метров он вошел в рощу. Сделав еще сотню шагов, агент обнаружил мину-растяжку и понял, что почти у цели. Дальнейший путь занял весь остаток дня. Двигаться приходилось буквально по сантиметру в час, тщательно осматривая каждый куст, ветку или пенек. Ему удалось миновать еще несколько мин, фотоэлемент и лазерную ловушку, от которой его спасло чудо Господне в лице неосторожного лапукаса, которого аккуратно разрезало пополам.