Отпускница по объявлению сняла комнату на ночь. Уставшая, она утешала себя: «Ещё не тупик, ты обязательно найдёшь истину!»
Гостеприимная хозяйка оказалась общительной, она угощала квартирантку чаем с блинами, рассказывала о героических людях, показывала фотоальбом. Перевернув очередную страницу, Ирина увидела старую карточку, в поисках разгадки старого фото следователь проделала дальний путь.
— Я ищу Елизавету! — вскрикнула квартирантка. — Кто она вам? Родственница?
Хозяйка дома спокойно посмотрела на Ирину и тихим голосом проговорила:
— Это Елизавета Авдеева, исчезла в 1989 году. Они с мамой и ещё одним молодым инженером Виктором, не помню фамилию, испытывали новый летательный аппарат. Во время испытания сфера потерпела крушение. Мама погибла. Очевидцы рассказывали об огненном облаке после взрыва. От аппарата ничего не осталось, кроме куска искорёженного металла. Экипаж пропал. Нашли один пальчик с маминым колечком. Нам отдали гроб пустой. Тётка в него вещи сложила и схоронила. Мне три годика исполнилось, не понимала утраты, показывала, как мама на небо полетела. Подробности мне тётка потом рассказала. А Елизавету и того новенького Витю не нашли. Так неприкаянные души и мечутся. А взорваться они не могли — летательный аппарат без двигателя и горючего материала, спроектированный не как самолёт. У меня тетрадь Елизаветы сохранилась с записями и чертежами. Они с мамой в общаге в одной комнате жили, так записки Лизы ко мне попали с вещами мамы. Когда училась в техническом ВУЗе пыталась разобраться в записях, к профессору ходила, час переваривала учёные фразы. Из его лекции я поняла, что команда Елизаветы изобрела преобразователь магнитного поля. Виктор фотографировал Лизу, захватил краешек шара. Сфера многослойная, как матрёшка.
— Можно мне посмотреть записи? — осторожно попросила Ирина.
— Отдала молодому человеку. Три года назад заявился ко мне брюнет и про тетрадь выспрашивал. Я в отказ, а он показывает паспорт — сын Виктора, бортового инженера. Упрашивал отдать записи, мне они ни к чему, молодые ученые другие суперидеи продвигают. Тетрадкой никто не заинтересовался, все ответили, что такой звездолет невозможен. Отдала ему. У меня могилка есть, хожу, разговариваю с мамочкой, а у пацана память будет.
Информация из Сибири завязывала расследование в тугой узел. Поездка в таёжное село внесла новые краски в картину убийства. Ирина не сдавалась: «Половина истории понятна, продумать и завершить таинственный сюжет я смогу дома, в любимом кресле».
Ирина вернулась в Питер. Разложив на ковре бумаги, она выстроила алгоритм преступления. Начала проясняться картина событий, но откуда взялась дочь? За три месяца родить ребёнка невозможно, а медицинские карты подтверждают, что Елизавета Авдеева не рожала, и пропавшая Татьяна тоже.
По телевидению шла передача о новой болезни. Вирусологи исследовали степень воздействия на ДНК человека. От услышанной фразы Ирина Николаевна подскочила на диване: «Я не проверила сходство ДНК на родство между матерью и дочерью Плехо». Просить начальство о возобновлении расследования смерти подобно. Кто пойдёт против военной прокуратуры? А медицинские карты расскажут о медицинских обследованиях. Сюрприз ждал Ирину. Через месяц после шестнадцатилетия Зины Елизавета Авдеева сама проверяла родство с дочерью. «С какой целью проводили анализ? Женщина разыскивала настоящую мать Зины? Перед полётом испытатели проходили медосмотры, беременных к работе не допускали. Она не мать, как и пропавшая в лесу алкоголичка. Очевидно, ребёнок чужой, чей?» — размышляла Ирина.
Азарт расследования вёл женщину в медцентр, где Елизавета сдавала биоматериал на совместимость ДНК. В регистратуре Ирину Николаевну приветливо встретила медицинский работник. Когда подполковник предоставила удостоверение и спросила об анализе на выявление наследственности Плехо, регистраторша побледнела, присела на стул и глотнула воды.
— Мне бы не хотелось вспоминать эту историю, она мне неприятна. Плехо мне карьеру загубили, — опустив глаза, тихонько произнесла медработник.
— Мне важно с вами побеседовать.
— Хорошо, я расскажу, но подписывать ничего не буду, — согласилась молодая женщина. — После аспирантуры я пришла работать в центр, мечтала о серьёзной карьере. Я углублённо изучала вирусологию. Но меня временно определили в лабораторию ДНК-исследований. Мне понравилось это направление, и я окунулась с головой в изучение наследственных факторов. Летом в дождливый день пришла девушка, забыть невозможно. Красота настолько броская, что меня захлестнули эмоции, стыдно стало за растрёпанную косичку.