- Где вторая? Она была не одна! - в прыжке Вениамин оказался рядом со сражённой.
- Вон дверь! – крикнул Ибрагим, увидев по левой стороне стены большой холодильник, вход в который был неплотно прикрыт.
Вторая женская особь в это время занесла корзину с очищенными частями человеческой плоти. Услышав выстрел, она почти закрыла дверь, но Ибрагим успел вставить ногу в проем. Дурная сила великанши чуть не раздробила колено. Нога уже хрустела у Абдулханова, но Вениамин подбежал вовремя и короткой очередью прострочил из автомата в дверной проем. Тяжёлое тело свалилось на пол, дверь ослабла. Хромая, Ибрагим вошёл внутрь, переступил через огромное тело звероподобного существа.
- Слишком легко сдохли, твари! – прошипел капитан, растирая ногу. – Кость раздробила, что ли? Наступать не могу!
- Сам идти сможешь? – Вениамин вернулся к первой животной леди. Полный стол из нержавеющей стали был усыпан остро -режущими инструментами. Огромный, почти метровый нож -резак, напоминающий секиру, пришёлся как раз по руке. – Осталось два патрона, это ни о чём! Этим тварям если мозг не выбить, то пули вряд ли вреда им принесут. Минус два! Идём, капитан! – проговорил Вениамин, открывая двери.
Полковник сдёрнул с себя остатки лохмотьев рубахи. По пояс голый, злой, не чувствуя боли, он шёл быстрым шагом. Теперь он охотник! Следом, прихрамывая, но стараясь не отставать, семеня, почти бежал Абдулханов. В автомате ещё достаточно патронов, но родная армейская сапёрная лопатка держалась крепко в его руке. Быстро они пересекли все помещение вдоль клетки, куда так не хотелось смотреть. Скорее всего люди -свиньи, слышали выстрелы и видели вышедших живых не чудовищ, Ибрагима и Вениамина.
- Дальше, ты налево, я направо! – решение приходило моментально.
Колесников бросился вперёд, не оглядываясь. Надежда, что из ребят кто-то ещё жив, тлела в его душе.
4
Впереди показались двери, которые были обиты толстыми листами железа, закрывались они на засовы снаружи и были на момент без замков. Чёрные то ли от времени, то ли чем-то покрытые, они устрашающие, как в темнице, шли рядами по обе стороны узкого коридора. На них были смотровые отверстия и проёмы для подачи еды. Сколько их, Вениамин считать не стал. Он бежал по коридору, открывая одну за одной камеры. Но все они были пусты, освещения в них не было.
Вот в одной показался слабый свет. В камере на резиновом полу на культях на четвереньках стоял человек или то, что им было недавно. Он только учился ходить на четырёх конечностях. С болью он замычал, перевернул миску с водой и побежал навстречу, чуть не сбив Вениамина с ног, прошмыгнул мимо и понёсся по коридору.
- Это не Денис, не Игорь, - с облегчением вздохнул он и побежал дальше к следующей двери.
Она открылась тоже легко. На полу лежал совершенно голый человек, так же лишенный на половину конечностей. Кровоточащие раны говорили о том, что ходить он ещё долго не сможет. В других камерах были такие же оперированные. Они стонали, выли. Среди них его ребят не было.
Коридор завернул влево и закончился новой железной дверью. Неплотно закрытая, она насторожила более других. Два патрона и секира ещё раз взвесились в руках. Он тихонько толкнул толстую шумоизоляционную створку.
- Большой зал или лаборатория! – решил он. Запах лекарств, йода и формалина резко ударили в нос. Высокие потолки, всё стерильно чисто, как в операционной. Большой квадратов в двести зал был построен прямоугольником. Вдоль зала стояли метра в три рядами полки.
Вениамин услышал, как кто-то говорит, а другой мычит в ответ. Доносилось это из правого угла, в пятнадцати метрах от него. На полках было множество больших и маленьких стеклянных ёмкостей, в которых плавали различные части человеческого тела и внутренностей. Разглядывать всё это не было желания и времени, к тому же Вениамина реально затошнило.
Колесников похолодел. Громко заработал электродвигатель, что-то резали инструментом. Тело съёжилось, жуть какая! Резали человека, стон говорил именно об этом.
Тихо идя по шершавой напольной плитке, он наступал голыми ногами, оставляя кровавые следы, немного пригнувшись, чтобы не быть выше полок. Хотелось незаметно появиться. Чуть не доходя до края, он поднял голову и выглянул из-за ящика. Свет ярко освещал происходящее. По всей стене метров в десять паутиной с центра были натянуты кругами стальные тонкие тросы, адские колеса к которым были пристёгнуты человеческие тела, коих Вениамин насчитал четыре. Два крайних уже были лишены рук и ног по локоть и колено. Они висели на железной паутине в бинтах, раны кровоточили. Головы были опущены, видно, под наркозом. Третий с заклеенным скотчем ртом порывался кричать, но кровь сочилась по подбородку, глаза лихорадочно бегали по сторонам.