Он издает еще один рык, высовывает язык между зубами, чтобы лизнуть край губы, и нажимает на какой-то скрытый механизм на поводке. Казалось бы, бесконечная петля разрывается, и он падает бесполезной кучей на выцветшую розовую подушку подо мной.
— Спасибо, — ворчу я, отдергивая руку.
Только он меня не отпускает. Двумя пальцами он легко обхватывает мое запястье и держит его крепче и надежнее, чем когда-либо удавалось поводку. Наклонившись вперед, он нюхает мои волосы, и я полностью замираю. Если бы он хотел меня, он мог бы взять меня в любой момент. Его буквально ничто не останавливает, кроме пары испорченных кружевных трусиков. Я проглатываю странную смесь страха и желания.
То, что он перекусил поводок раньше, имело смысл. Он зверь. Он инопланетный дракон. Он дикий. Но… то, что он только что сделал? Это было ну очень уж по-человечески с его стороны. Щелкнув зубами, он отпускает меня, и я отстраняюсь, хмуро глядя на него снизу вверх.
Его хвост скользит к двери, подхватывает гарнитуру и подносит к моему уху.
— Гнездо… мое… самка… только.
Большой Д убирает переводчик, но, в отличие от разумного человека, решает не надевать его, чтобы я могла ответить. Он просто ждет, словно давая мне выбор в… чем бы то ни было, что он только что сказал.
Мы смотрим друг на друга.
С довольным фырканьем он снова швыряет гарнитуру через комнату как мусор, по-видимому, удовлетворенный тем, что мое молчание — достаточный ответ.
Поскольку я, черт возьми, понятия не имею, что значит «гнездо мое самка только», я просто пожимаю плечами.
— Пофиг.
Я отворачиваюсь от него и уютно устраиваюсь в шкурах, совершенно измотанная. Если он не отведет меня на рынок утром, я снова пойду по следу. Надеюсь, теперь, когда клыкастые мертвы, я смогу добраться туда без его помощи.
Береги себя, Джейн. Я иду за тобой.
Потому что настоящая крутая сучка никогда не бросает свою лучшую подругу — особенно на враждебной планете пришельцев.
Глава 6
Я просыпаюсь, чувствуя себя отдохнувшей, потягиваюсь, подняв руки над головой, и зеваю. Моргая, я полностью возвращаюсь в реальность и вижу, что Чувака-Дракона уже нет. Я не тороплюсь вставать и морщусь, когда до меня доносится запах собственных подмышек.
— Ванна была бы кстати, — ворчу я, жаждая воды и благодаря звезды за то, что не умерла от выпитого вчера. Даже живот не скрутило.
Как бы ни умер тот жук, это произошло не из-за отравленной воды. Приятно знать.
Я нахожу своего нового соседа в главной комнате; он сидит на краю корабля, свесив ноги вниз. И снова меня поражает его очень человеческая поза. А еще меня поражает, насколько он стал меньше сегодня. Он все еще гигантский дракон-инопланетянин-человек, но на фут ниже, чем был прошлой ночью.
Я решаю присоединиться к нему и сажусь слева. Он смотрит на меня так, будто понятия не имеет, что со мной делать, словно я для него такой же пришелец, как и он для меня.
Впрочем, у него такое лицо, которого я никогда не видела, так что, может, я неправильно считываю его выражения.
— Надень гарнитуру. — Я пытаюсь передать ее ему, но он не берет. — Пожалуйста, Большой Д. Нам нужно поговорить.
— Говорить, — цедит он; его большой рот вибрирует в рычании, говорящем о том, что, возможно, он никогда не был предназначен для английской речи.
Но это определенно он. Это был не переводчик; это был он сам.
— Сколько английского ты знаешь? — спрашиваю я, но не получаю ответа и вздыхаю.
Когда я снова пытаюсь передать ему гарнитуру, он берет ее и вместо этого надевает мне на голову.
— То, что я тебя понимаю, нам не поможет; мне нужно вернуться на рынок.
— Нет.
Это слово он произносит достаточно легко. Смысл ясен. Он рычит что-то еще, определенно не на английском, и переводчик подхватывает.
— Опасный… ад.
М-да.
— Моя лучшая подруга может все еще быть там! — рявкаю я на него, чувствуя, как раздражение нарастает с каждой секундой. — Это не мой дом; я не хочу здесь находиться.
Я встаю, но он остается сидеть. Неважно. Даже сидя он почти такого же роста, как я.
— Мне нужно вернуться на Землю. Ты знаешь, где это или как туда попасть? Я вижу космические корабли повсюду в этом лесу; должен же где-то быть рабочий. Я ведь попала на эту тупую гребаную планету на корабле, верно?
Он рычит на меня, когда я говорю «гребаную», но, по крайней мере, не хватает меня снова.
Вместо этого он наклоняется, опираясь локтем о колено, и смотрит в лес, словно что-то видит.