Странно вот так знакомиться. Пожала плечами и протянула руку, смущенно выдыхая:
– Мария.
– Какое красивое имя, – проговорил сосед, улыбаясь, и вдруг спросил: – Так поделись со мной, Маша, почему ходишь на открытом балконе десятого этажа, когда боишься высоты?
– Я… – запнулась, не зная, что ответить. Посмотрела ему в глаза, вдруг понимая, что его лицо кажется таким знакомым, и спросила: – Мы с вами случайно раньше не виделись?
Его лицо стало серьезным, даже очень, чем вдруг напомнил Ферзя и я моментально посмотрела на балконную дверь, опасаясь, что он проснулся и не будет рад тому, что я тут веду беседы. Никого не было. Вновь перевела взгляд на Глеба, замечая, как он задумчиво осматривает меня. Прочистила горло, намекая, что я вижу, и услышала слова:
– Береги себя, красавица, и будь осторожна.
Стало не по себе, когда он задержал внимание на лице, а потом пошел дальше по телу, буквально скользя, не пропуская ничего. Хищный и пронзительный взгляд. Я вновь поправила халат, который все норовил открыться, и только хотела возмутиться, но мужчины уже не было.
Странно.
Стояла еще некоторое время, удивляясь его поведению, а потом пошла в кухню, где минут десять сидела за столом, думая о дочери. Когда же она будет со мной? Быстрее бы ее увидеть. Не терпелось обнять и прижать к груди. Ферзь сказал, что послезавтра я буду с ней. Верила, потому что других вариантов не было.
Чувствуя, что уже голова трещит, пошла в спальню, когда в дверь постучали. Я только подошла открыть, считая, что там администратор или уборщица, как тут же оказалась прижата к обнаженной груди Ферзя. Мужчина закрыл мне рот ладонью и, наклонив голову к уху, тихо произнес:
– Я не разрешал тебе покидать мою постель.
Стало не по себе от его слов, потому что они звучали с рычанием. Внизу живота потянуло. Тело реагировало на его близость, что вызывало разочарование. Ферзь сжал талию, слегка поглаживая руками, и выдохнул:
– Одевайся, а я открою…
Кивнула и поспешила в спальню. Добежала до стола, куда положила пакет, и быстро скинув халат, натянула чистую футболку, желая приступить к штанам, как моментально застыла, чувствуя возбужденное напряженное тело. Мужчина провел ладонью от запястья правой руки до ключицы и, наклонившись, прикоснулся губами к коже, слегка прикусывая. Чувствуя, что начинаю терять мысль, я поспешно спросила:
– Кто там был?
Мужчина замер, а потом резко развернул к себе и ледяным тоном выдал:
– Никогда не открывай двери, не проверив, кто там! От этого зависит, будешь ли ты жить. А если со мной… то вообще никогда никому не открывай.
– Но…
– Получишь пулю в лоб, и тогда закроешь глаза навсегда. Так понятно объяснил?
Стало страшно. Попыталась отойти, но мужчина перехватил левой рукой за талию, притягивая к себе, а правой взял за подбородок, прикасаясь губами к моим губам, отчего задрожала.
– Завтра последний день… со мной. Рада? – спросил он грубо, будто был недоволен своим вопросом.
Я молчала, чувствуя, как его руки шарят по моей спине. Ферзь странно ухмыльнулся, а потом резко потянул за футболку, снимая ее с меня.
– Ты сказал, что нужно ехать… – сдавленно напомнила ему.
– А еще я сказал, что хочу тебя… – выдал мужчина и откинул белоснежную ткань в сторону, усаживая меня на столик, вклиниваясь бедрами между ног, при этом не прерывая взгляда, жадно всматриваясь в мое лицо.
– Я… – потеряла мысль, когда он положил ладонь на грудь.
– Не хочешь меня? – с усмешкой уточнил Ферзь и в следующее мгновение я оказалась на спине, а его губы захватили сосок, накрывая губами, отчего вскрикнула, с силой обнимая ногами его талию.
Он терзал, ласкал, играл языком и губами с сосками до такой степени, что я не могла дышать, царапая его руки, пока не почувствовала как он притянул к своему паху, дергая за кружевные трусы, стягивая их с меня.
Открыла веки и встретилась с его голодным взглядом, немного бешеным и диким. Он развел бедра, с силой сжимая, а потом хрипло произнес:
– Знаешь, если ты кого-то захочешь сильнее – я убью его.
Открыла рот от его ужасных слов, мгновенно приходя в себя, как тут же он сдавил сильными ладонями бедра и вошел во всю длину, отчего закричала. Ферзь врывался как сумасшедший, словно это наш последний раз. Я вздрагивала, полностью теряя себя, выдавая стон от каждого толчка, и не понимала, почему схожу с ума в его объятиях.