– Деньги, – я качаю головой с усмешкой. – Это просто бумажки, на которых все помешались. Иди спасай свой брак, старина. И да, выпиши себе премию – ты заслужил её за всё время, что я тут валялся.
– Но столько звёзд посещают нас! Если мы закроемся, они отвернутся, мы потеряем репутацию…
– Если они отвернутся от нас после того, как я попал в больницу, – мой голос становится серьёзным, – я сам закрою им вход в свой клуб. Навсегда. И каждому, кто хоть слово против нас скажет в прессе – тоже.
Колин театрально всплескивает руками:
– Не могу поверить! Это точно тот Джейсон, которого я знаю? – Он поднимает взгляд к потолку. – Эй, настоящий Джейсон! Ты где? Я не знаю этого парня!
Я смеюсь, глядя на его пантомиму:
– Прекращай, а то премию отменю.
Колин мгновенно изображает, что застёгивает рот на молнию, и поднимает ладони в примирительном жесте. В его глазах пляшут весёлые искорки – впервые за весь визит.
– Только есть один момент, – я подаюсь вперед, понижая голос. – Меня мучает вопрос. Есть одна девушка. Она навещает меня каждый день в больнице, – я замечаю, как Колин едва заметно вздрагивает. – Говорит, что она жена Дэйва, моего друга. Я помню Дэйва, но её – нет. И что странно – сам Дэйв ни разу не появился здесь. Что-то тут не чисто.
Колин заметно напрягается. Его расслабленность испаряется в секунду. Он потирает ладони возле лица, явно подбирая слова. По его реакции я понимаю – меня ждёт какая-то ошеломительная правда. Сердечный монитор предательски учащает писк.
– Колин, – мой голос звучит неожиданно хрипло, – что происходит? Кто она?
Мой друг тяжело вздыхает, поднимая на меня измученный взгляд:
– Одри… – начинает он, и от того, как он произносит её имя, по спине пробегает холодок. Значит, он знает. Знает всё, что мне нужно.
Глава 23
Одри
Я сижу в нашем любимом кафе, рассеянно помешивая давно остывший латте. Аманда напротив внимательно следит за моим лицом, пока я пытаюсь облечь в слова то, что терзает меня последние недели.
– Понимаешь, – мой голос звучит тихо, почти шепотом, – я чувствую себя какой-то жалкой заменой Виктории для них обоих. Словно я просто бинт на кровоточащей ране, временное утешение.
Аманда хмурится, складывая руки на груди:
– Ты опять накручиваешь себя, Одри. Сколько можно?
– Я не знаю, – вздыхаю я, чувствуя, как предательски щиплет в глазах. – Двое самых важных для меня мужчин до сих пор живут призраком своей прекрасной бывшей. Я вижу это в их глазах, слышу в случайных фразах…
– Умершей бывшей, – жестко прерывает меня Аманда. – Это чертовски важный момент, после которого можно наконец отпустить эти токсичные мысли о ревности. У тебя есть неоспоримое преимущество перед ней – ты жива.
Я горько усмехаюсь, комкая салфетку:
– Знаешь, именно это всё и портит. Иногда я ловлю себя на ужасной мысли – я бы хотела, чтобы она была жива. Хотя бы для того, чтобы увидеть, как они на неё смотрят. Иногда один взгляд может рассказать больше тысячи слов. – Я делаю паузу, собираясь с духом. – И вообще, будь она жива, посмотрел бы кто-нибудь из них в мою сторону?
– Господи, Одри! – Аманда подается вперед, накрывая мою руку своей. – Какая теперь разница? Ты никогда об этом не узнаешь. Зачем мучить себя бессмысленными "что если"? Ты ведь сама любишь их обоих. Каждого по-своему. Может, и они также – и тебя, и память о ней.
– Знаешь, – я отвожу взгляд, разглядывая узор на скатерти, – я бы не хотела, чтобы меня любили так, как я люблю Дэйва, – слова повисают в воздухе, и я сама поражаюсь их истинному смыслу.
– Ты бы хотела, чтобы тебя любили так, как ты любишь Джейсона, – мягко заканчивает Аманда. – Не за что-то, а вопреки всему.
Её слова бьют прямо в цель, и я чувствую, как краска стыда заливает щеки.
– Я знаю, о чем ты сейчас подумала, – проницательно замечает Аманда, отпивая свой травяной чай. – Что Дэйв не заслуживает такого прохладного отношения, такой… неполной любви. – Она делает паузу, подбирая слова. – Но пойми, любовь женщины и мужчины – это разные вселенные. Им не так важно, чтобы их боготворили и беззаветно любили. Для них главное, чтобы ты выбирала его каждый день, понимаешь? А то, какие бури бушуют у тебя в душе… – она пожимает плечами, – им это часто просто непонятно.
Я обхватываю чашку обеими руками, пытаясь согреться. За окном моросит мелкий дождь, капли стекают по стеклу, размывая очертания прохожих.
– Откуда ты знаешь? – спрашиваю я с легким отчаянием в голосе. – Неужели они правда не нуждаются в той всепоглощающей любви, о которой мы мечтаем? В той, что воспевают в книгах и фильмах?