От его слов по телу пробегает горячая волна, и я понимаю – он прав. Я готова на любое безумство рядом с ним.
Очереди почти нет – в этот час большинство посетителей парка собрались у сцены, где должно начаться вечернее шоу. Мы проходим через турникет. Служащий в форменной куртке открывает перед нами дверцу кабинки, обитой красным бархатом. Джейсон помогает мне забраться внутрь, его рука "случайно" скользит по моей талии, вызывая дрожь во всем теле.
Дверца захлопывается с металлическим лязгом. Кабинка медленно трогается, поднимаясь все выше. Огни парка остаются внизу, превращаясь в разноцветное море. Музыка становится тише, растворяясь в шуме ветра.
– Иди ко мне, – хрипло произносит Джейсон, притягивая меня к себе.
Падаю в его объятия, оседлав его верхом. Его губы находят мои, и весь мир вокруг перестает существовать. Есть только его руки, блуждающие по моему телу, его горячие поцелуи и головокружительная высота под ногами…
Внезапно кабинка останавливается. Мы как раз на самой верхней точке колеса.
– Что происходит? – испуганно шепчу я, отрываясь от его губ.
– Все в порядке, – усмехается Джейсон. – Я договорился с механиком. У нас есть пятнадцать минут.
От его слов по телу прокатывается горячая волна возбуждения, смешанная со страхом.
– Пятнадцать минут? – мой голос срывается. – Ты всё продумал…
– Я думал об этом с той секунды, как увидел тебя сегодня в этом платье, – его пальцы скользят по тонкой ткани, от бедра вверх к талии. – Оно сводило меня с ума весь вечер.
Кабинка слегка покачивается на ветру. Где-то внизу грохочет музыка, вспыхивают огни фейерверка, но здесь, на высоте двадцати метров, мы словно в другом мире. В нашем собственном мире, где нет ничего, кроме страсти.
Джейсон целует мою шею, и я откидываю голову назад, давая ему больше доступа. Его прикосновения уверенные, точные – он безошибочно находит самые чувствительные места на моем теле. Я таю в его объятиях, забывая обо всем на свете.
Он притягивает меня за бедра ближе к себе, и я чувствую, как его твердая грудь прижимается к моей. По спине бегут мурашки. Его губы находят мои в страстном поцелуе, от которого перехватывает дыхание. В этот момент весь мир перестает существовать – есть только мы двое и это сводящее с ума желание.
Кабина покачивается, и я начинаю расстегивать пуговицы на его рубашке, открывая его подтянутую загорелую грудь. Пальцы скользят по его коже, обводя линии мышц, чувствуя тепло, исходящее от его тела. Он тихо стонет мне в рот, побуждая продолжать.
– Джейсон… – выдыхаю я, когда его пальцы забираются под подол платья.
– Тшшш… – шепчет он мне в ухо. – Доверься мне.
И я доверяюсь. Растворяюсь в его прикосновениях, в его поцелуях, в этом безумии на грани реальности.
Его руки находят путь к моей коже, лаская бедра, постепенно приближаясь к месту, где я жажду его прикосновений. Ахаю, когда его пальцы касаются моей влажности, и бедра сами движутся навстречу его руке, умоляя о большем.
Я прижимаюсь к нему всем телом, ощущая, как его пальцы скользят внутрь меня, исследуя мой жар. Моё тело реагирует мгновенно, выгибаю спину и громко стону, голова запрокидывается назад от волны удовольствия. Его другая рука находит мой потвердевший сосок, и начинает покручивать его между пальцами. Я содрогаюсь от наслаждения, не в силах удержаться.
Город внизу раскинулся мерцающим ковром огней, а над нами в вышине рассыпались звезды, будто миллионы крошечных вселенных. Между этими двумя мирами – только мы, разделённые с реальностью тонкой гранью кабинки колеса обозрения, и эта нестерпимая, всепоглощающая страсть.
– Ты такая красивая, – шепчет Джейсон, его голос – бархатный, обволакивающий. Его глаза, темные и глубокие, словно затягивают в себя, и в этом взгляде я утопаю, забывая обо всем вокруг.
Рубашка Джейсона слегка расстегнута, открывая взору его грудь, и я не могу удержаться – провожу ладонями по коже, чувствуя, как сердце под моими пальцами бьется в неистовом ритме. Моё собственное сердце вторит ему, готовое выскочить наружу от переполняющих эмоций.
Спускаюсь к ремню его брюк, пальцы дрожат от нетерпения, освобождая его потвердевшую плоть. Чувствую, как его тело реагирует, и внутри меня разгорается пожар. Я приподнимаюсь, направляю его в себя, ощущая каждый дюйм, медленно, чтобы насладиться этим моментом, привыкнуть к его размеру, к его теплу.
Начинаю двигаться, и кабинка раскачивается всё сильнее, но это лишь усиливает ощущение полёта, будто мы парим где-то между небом и землёй. В этом вихре чувств и телесных удовольствий я забываю обо всём на свете.