Способно тревожить чувства, причинять боль.
И ребенок с матерью кричат что бы отвлечь вас от мысли,
Но все проходит.
Все стояния обстоятельств проникает сквозь время,
И простой набор слов,
Становиться прозаическим тексом способным пережать, заставить вас грустить.
Но не печаль не беспокойства не приведут вас к любви,
Уж увы играла она со мной, а я играл во ответ.
Но грубее сильнее и умнее.
Но я не чувствую себя победителем.
Порыв увековечен после диалога начинает отпускать за ним за этим чувством ничего совершенно нет.
И что ж куда мне идти, когда идти не куда.
Знакомый сценарий известной картины,
И лежав на одной кровати соприкасаясь ногами,
Ты вспоминаешь что нет тут любви и не стал никто не кому любовником.
Ведь самые простые слова способны испортить жизнь.
Вещь.
И она сказала.
Я бы обняла я бы прикоснулась.
Планировала бы, но я не ловка не уверена.
И раздавшись в своём смехе она.
Я ответил.
Ты хотела бы что бы я написал о тебе книгу,
О наших страданиях и муках я мог бы написать еще одну книгу.
Я ЛИШЬ ХОЧУ, ЧТОБЫ ты меня не ненавидел вот и все.
Но я плохо ее расслышал вот и не ответил, что это и не так.
Причиненная боль заставила беззвучно плакать, сдерживая эмоции в себе.
Но быть сдержанной не по ее части вот почему так и вышло.
Вини себя, вини тебя не к чему это не приводит.
Если и решать вопрос, то только разговорами, но после этого ты не захочешь говорить со мной.
Ты обидевшая скромна и не желанна.
Вот и все.
Это больно,
Но сильнее этих чувств,
Их и не было
Лишь образы,
Вот и все,
Образ любви возвращается домой, оставляя меня в одиночестве.
Идти не куда.
Но я начну двигаться, когда почувствую, что время пришло,
Так что сейчас я просто буду сидеть и ждать.
Мне хочется кого ни будь убить.
Никого не волнует, что я хочу.
Меня волнует,
Это мои хотелки.
Но порой даже судьба против того что я там думаю. Дрочу.
Поэтому мне приходиться делать, ты что хочется кому-то еще,
Приходиться двигаться,
Медленное движение как во сне,
Но рано или поздно ты падаешь,
И сон становиться долгим, длинным, почти бесконечным.
Падаешь и падаешь.
Пока кто-то не дотронется до твоего плеча и не захочет услышать твою правду,
Расскажи ему,
Эту правду.
Это может спасти не только тебя, но и его.
***
Девочка с зонтом,
Запомни этот день,
Это когда все обрушилось,
Это когда ты решил идти до конца,
Это когда крушение зонта закружилось и остановилось на всегда.
Пяти на столько долго,
Работать.
Писать и больше не о чем не думать.
Не какие проявленных чувств.
Пошло оно все к черту,
Просто делай свое дело,
И двигайся дальше.
Запомни этот день,
Это финал, конец одной истории печальной грустной причиняющей боль и все с этим связанное.
Но и начало чего-то нового,
Я стану мастером слова.
Я научусь, стану учиться и стану мастером в написании.
Время работать,
И не возвращаться назад.
Я не буду довольствоваться малым, это не по мне, вы же знаете, что не по мне.
Я так не смогу,
Я видел, как она бродила одна.
Не уклюже поднимая брови осматриваясь по сторонам,
Она бродила одна.
Оставляя след докуренной сигареты,
Она оставалась одна.
А я просто проезжал мимо.
И не мог свести глаз.
Сменяя музыку плейлиста, я не мог определить, что для меня важнее она или мой плейлист.
Нихуя у меня не получается.
Как бы я не старался все идет через задницу.
Привет.
Привет.
Как дела,
Все хорошо,
У тебя,
Нормально,
Ну ладно мне пора идти,
Удали,
Удали,
Все идет так как должно.
А больно через звонницу
Что бы я писал, пора выпускать книгу.
И сказать все что думаю в ней о ней.
Твое завтра не совместимо с моим (сегодня).
***
Если кто-то хотел попасть ко мне в голову это оно,
Она права,
Права во всем,
Я снова убегаю,
И я никогда не смогу ей об этом сказать,
Она грациозна,
Творчество льётся потоком созерцания.
И не ясный звук просачивается в мою и вашу голову.
Его не видно его не слышно,
Оно способно задушить каждого из нас,
Я не отличаюсь от вас,
Я не особенный,
Но пока вы думаете какое купить вам мороженное, платье.
Я пишу книгу,
Одну за одной,
И каждая одна новая лучше старой, но все же дерьмо.
Но пока вы думаете с кем пойти погулять сегодня,
Я остаюсь один в своей комнате,
И ко мне пришло осознание, что если я хочу продолжать писать,
Я должен оставаться один,
Само заключение в собственную клетку разума и лишь только тогда.