— Я понял, Артём, — прервал его Паша, — мне, по сути, от этой информации ни пусто, ни густо. Мне что Мураду сказать? Он через пару дней меня на шашлык пустит.
— Да, я понимаю, Паша, не паникуй — мы что-нибудь придумаем, — начал успокаивать его Артём, — если не получится, у меня есть вариант, как тебя спрятать — ни одна собака не найдёт.
— Да я не собираюсь прятаться… — начал было спорить Паша, но Артём его перебил.
— Подожди, Паша, не горячись, — Артём положил руку ему на плечо и посмотрел в глаза, — так получилось, что ты оказался в середине очень мутных схем, пойми. Из этого дерьма ты можешь не выбраться. Роберт был не простой шестёркой, как я понимаю, но видишь, и его убрали. Ты, кстати, видел капитана своего?
— Да, он мне обещал завтра документы достать.
— Что за документы? — Артём оживился.
— Копии тех, что изъяли из офиса Роберта. Он, оказывается, хотел кинуть Мурада. С кем-то ещё договаривался по сделке.
— Паша, это очень хорошо, — Артём хлопнул Пашу по плечу, — как раз покажешь их Мураду. Может, этого будет достаточно и он от тебя отстанет.
Они выпили ещё по одной.
— А теперь давай расслабимся, — подвёл итог Артём, — завтра будем думать, что делать.
— Да, хорошо, ты иди, я сейчас подойду, — ответил Паша и направился в сторону туалета.
— Давай, я жду тебя, — кинул ему вслед Артём.
В туалете, стоя возле раковины и глядя в своё отражение, Паша вдруг почувствовал уже знакомую пронзительную боль, как будто голову сжимали огромными тисками. Он зажмурил глаза и схватился за виски. Боль была неимоверной. “Только не потерять сознание”, — подумал Паша. Перед внутренним взором всё закружилось, и вспышками опять начали приходить прежние образы: барак, пистолет, испуганные глаза Ромы, девушка с каре, снова барак, кейс и окровавленные тела. Паше, казалось, что он сходит с ума. Он открыл глаза и не узнал себя в зеркале — это было не его лицо. Это было лицо того человека, которого он видел сначала в ресторане, а потом в ментовке. Паша испытал настоящий ужас. Он резко зажмурил глаза. Всё плыло, он терял сознание, но когда он открыл их снова, то в отражении снова было его лицо, с раскрытыми от страха глазами.
Боль утихла. Паша, наклонившись над краном, умыл лицо холодной водой. Он осторожно поднялся с закрытыми глазами, но, открыв глаза, в отражении по-прежнему было его лицо. Его отпустило.
— Чёрт, чем меня накачали там? — пробубнил он про себя и вышел из туалета.
Паша шёл сквозь зал мимо бильярдных столов в сторону Артёма с девушками, и вдруг что-то заставило его повернуть голову в сторону бара. От неожиданности Паша замер на месте — за барной стойкой сидела та самая девушка, которую он видел в ментовке и в своих видениях. Она сидела на барном стуле, повернувшись боком к залу. Он видел её четкий профиль: бледное лицо, красные губы, темные волосы каре. На ней была надета красная юбка чуть выше колен, черные чулки и черная кофта.
Паша подошел к Артёму, который наклонился было сделать удар, но Паша взял его за руку.
— Артём, у тебя было когда-нибудь такое — ты видишь что-то сначала во сне, а потом тоже самое на яву?
— Да, такое бывает после "…", — не глядя на него ответил Артём.
— Я сейчас, — бросил Паша и пошёл в сторону барной стойки.
Подойдя к стойке, он заказал себе ещё водки и бросил взгляд в сторону девушки. Она пила коктейль через соломинку и, кажется, была одна. Почувствовав, что на неё смотрят, она подняла глаза на Пашу и тут же отвела взгляд. Паша отметил про себя её карие глаза. Он выпил, закусил долькой лимона и подошёл к девушке. Она вопросительно посмотрела на него.
— Ты кого-то ждёшь? — спросил Паша. Девушка окинула его взглядом с головы до ног и, улыбнувшись, ответила:
— Допустим.
— Не против, если я составлю тебе компанию?
— Попробуй, — с заигрывающей, как ему показалось, улыбкой, глядя ему прямо в глаза, ответила девушка.
Паша сел на стул рядом.
— Я тебя видел вчера в ментовке, — начал он, — дай угадаю — ты, наверное, паспорт пришла получать?
— Да, а ты догадливый, — усмехнувшись, ответила девушка и, наклонив голову набок, спросила: — А ты что там делал?
— А я, может, там работаю, — ответил Паша.
— И кем же это интересно — следователем?
— Ага, оперуполномоченный по разработке особо опасных преступлений, — пошутил Паша.
— Я надеюсь, никакого преступления не совершила? — улыбаясь, спросила девушка.