— Так, Климов, мне с тобой некогда титьки мять, — давай деньги, как договаривались, и я поехал.
Директор вскочил, и теперь стало видно его огромный рост и большое пузо.
— Нет у меня никаких денег и не будет, — вновь заорал он таким зычным басом, что казалось, стены зашатались. — Убирайтесь вон из моего кабинета.
— Ты меня уже бесишь, — проговорил Артём, выходя из себя. Он соскочил со стола и, подойдя к Климову, со всей силы пнул по его огромному пузу. Климов отлетел за стол и упал на полку с бумагами, опрокинув всё на пол. Артём набросился сверху и стал пинать его ногами. Паша подошёл и подключился к Артёму. Через минуту они выдохлись, и Артём взяв со стола бутылку водки и, сделав глоток прямо из бутылки, передал её Паше. Тот тоже сделал глоток и закусил икрой прямо из банки.
На Климова, видимо, эта терапия не сильно подействовала. Он, кряхтя, вылез из-за стола с красной, как у варёного рака, мордой и, усевшись за стол, взял новую сигарету и прикурил.
— Что хотите со мной делайте, — пробубнил он под нос. — Можете даже убить меня… Но денег у меня нету.
— Слушай, такую тушу не пробьешь, — произнес Артём, глядя на Пашу. — Что делать с ним будем?
Паша молча подошёл к аквариуму и, закатав рукав куртки, засунул руку и вытащил за хвост золотую рыбку. Рыбка беспомощно дёргалась в руке Паши, и директор, увидев эту картину, жалобно закричал:
— Нет, только не рыбок, пожалуйста! Изверги проклятые!
Паша подошел к Артёму и с хитрой улыбкой посмотрел на него.
— Ну что, накормим жирного?
Артём улыбнулся в ответ, зашел за директора и, схватив его за подбородок, произнес:
— А ну открывай пасть, падла.
Директор начал кричать и пытался вырваться. Паша подошёл вплотную и поднёс трепещущуюся золотую рыбку ко рту орущего матом директора.
— Изверги, сволочи, — орал он жалобным голосом.
— Пасть открой, жирный урод, — кричал на него Артём, руками разжимая челюсть толстяка.
И когда рыбка была уже почти у рта директора, он не выдержал и залепетал со слезами:
— Отдам, отдам деньги… Там в сейфе…
— Ключи где? — прикрикнул на него Артём.
— У меня в кармане, — проныл директор.
Артём порылся в кармане пиджака и нашёл ключи. Открыв сейф, он вытащил из него две пачки стодолларовых купюр и, шлёпнув ими по лысине директора, положил в карман кожаной куртки.
— Ух, и заставил ты меня понервничать, Климов, — произнес он, наливая в стакан водку, — ну что с тобой всё время проблемы какие-то, жадная ты свинья?
— Верни рыбку на место, пожалуйста, — залепетал директор. Паша подошёл к аквариуму и отпустил золотую рыбку. Со звуком “бульк” рыбка упала в воду.
— Это все мои деньги были, — продолжал лепетать директор после того, как выпил водки, которую ему подсунул Артём, — на аренду, на зарплату людям, что я им скажу теперь?…
— Захлопнись, — прикрикнул на него Артём, — меньше бухать будешь по ресторанам с девками…
Не успел он договорить, как дверь распахнулась и на пороге нарисовались два незнакомых здоровяка в кожанках и спортивных штанах.
— Где вас черти носят? — тут же сменил тон с плаксивого на свирепый Климов, — меня тут грабят среди бела дня. Я вам за что бабки плачу?
— Не ори, отец, — ты нам ещё не заплатил, — прогнусавил один из быков.
— Ваши деньги у них, придурки. Я во сколько вам сказал приехать? — продолжал орать директор.
— Ну что, додики, — приплыли вы, — проговорил тот же самый бык, глядя на Артёма и похрустывая пальцами, — щас мы из вас котлеты будем делать.
— Ты чё, обезьяна, за базаром следи, — сделал шаг вперед Артём навстречу быку, на что тот встал в боксёрскую стойку. Он выкинул правую руку вперед, метясь в голову Артёма, но тот резко поднял стул и заслонился им. Удар пришёлся прямо по стулу. Одновременно с этим второй двинулся на Пашу, но тот схватил со стола бутылку и резким ударом разбил её об его голову, на что тот на секунду замедлился и, зарычав, набросился на него.
Началась потасовка. Второй бык навалился на Пашу, и они вместе упали на книжный шкаф. Послышался звон разбитого стекла. В это время Артём, прикрываясь стулом, пытался увернутся от ударов первого. Когда тот понял, что из-за стула он не может его достать, то ухватился за ножки и попытался вырвать его из рук Артёма, но тот не отпускал, и первый бык отчаянно мотал его по кабинету вместе со стулом.
Директор, сидя на своем кресле, орал как ненормальный, давая первому здоровяку указания: