Да, версия не выдерживала критики, но Спутница отчаянно желала понять смысл происходящего.
- Поверь, до бессилия мне далеко. - Растянув губы в усмешке, качнул головой Февраль. И переплел свои пальцы с пальцами Нади, делясь теплом. Ладошки девушки были очень холодными, это обеспокоило мужчину. – Сила, что заключена в посохе, придает мне стойкости. Даже с избытком…
Надежда тут же вспомнила о своем предназначении.
- Но сейчас?..
- Сейчас магии нет. Ни во мне, ни в посохе. Мы сейчас на равных. Магия в этом месте не действует.
- На равных? – Надя смущенно отвела взгляд. – Это все же вряд ли. Жизненный опыт тоже немало значит, а ты прожил настолько больше, чем я.
Февраль немного рассеянно улыбнулся.
- Это зависит от того, что считать опытом. Мне вот кажется, что последние века я проспал, не помню, как они промелькнули. А твоя жизнь… она была насыщена событиями, которые требовали от тебя решительности. Немагический мир, он в чем-то суровее, жестче. Мы в сказочном мире в сравнении с вами живем в ином темпе. Замедленном что ли…
Припомнив рассказы соклановок о порождениях тьмы и сражениях с приспешниками Абрахсиса, Надя промолчала, решив не спорить с Месяцем. Взгляд ее невольно скользнул вниз, к волшебному посоху. Уставившись на заветный артефакт, что лежал рядом с Феликсом на белесой субстанции, которая окружала их, Надежда недоуменно покачала головой.
- И мы тут будем сидеть, пока не погибнем от жажды?
Февраль отрицательно замотал головой.
- Не так все просто. Тут мы не будем ощущать ни жажду, ни голод.
- Прелестно, - разозлилась Надя. На такой случай не было инструкции у спасателей. А инстинкт самосохранения заставлял ее искать выход. – Давай вместе думать, что может послужить ключом для «отпирания двери». Может… поцелуй?
Брякнула то, что первое пришло в голову, и смутилась.
- Поцелуй прекрасной девы… - Неожиданно снова улыбнулся Февраль. – Это же так по сказочному! Что ж, я готов проверить.
Девушка немного опешила от того, как легко Месяц согласился на ее, по сути, глупое предположение. А уж его непонятная веселость и вовсе ставила в тупик. Казалось, что Февраль нисколько не переживает из-за ловушки, в которой они оказались.
- Эм… Ты точно уверен? – с подозрением спросила она.
- А почему бы и нет? – удивился Феликс, еле сдерживая лукавую улыбку. – Надо же с чего-то начинать.
- Ну, раз надо… - пробормотала Надя и тут же, откинув все сомнения, подалась навстречу Месяцу.
Не давая себе времени подумать, что же она делает, девушка прижалась губами к теплым губам Февраля и, крепко зажмурившись, на несколько секунд застыла. Затем, резко отпрянув, окинула окружающее их пространство полным надежды взглядом и спросила:
- И что?
- Ничего! Мы все еще в этом провале. А что, если нужен настоящий поцелуй? – предложил Февраль, сверкая искорками юмора в глубине серых глаз. Зрелище, буквально поразившее Спутницу, видевшую Месяца только сухим, отстраненным и безэмоциональным.
Она, не задумываясь, кивнула: все что угодно, лишь бы выбраться. Тем более, губы Февраля оказались такими теплыми, а сидеть тут в неизвестности становилось все страшнее.
В этот раз они склонились навстречу друг другу уже более уверенно. Месяц обхватил затылок Спутницы, она обвила его плечи руками, прежде чем они тесно прижались, соприкоснувшись губами. Начиналось все с едва ли не шутки. Да и что еще было делать с отчаяния, как не пробовать всякие нелепости? Но чем больше их губы оставались близки, чем сильнее становились объятия, чем желаннее тепло, которым они делились друг с другом, тем меньше каждый желал его завершить.
- Ну что? – скрывая смущение, уточнила Надя, едва они все же отстранились друг от друга.
- Без изменений, - развел руками Феликс. – Мы в западне.
«И выхода нет, от нас ничего не зависит», - расстроилась Надя и неожиданно… зевнула.
- Почему я хочу спать? – недоуменно спросила Месяца. – Чувствую себя так, словно не спала суток трое.
- Возможно, так и есть, - с желанием подхватил тему Февраль. – Я ведь говорил, что время тут течет иначе.
- Что будем делать? Поцелуй прекрасной девы не помог.
- Тогда отдыхать? Может я права, и причина в этом.
- Да, поспи, - откликнулся Феликс. – Я посторожу твой сон.
Пусть нога не болела, но немного ныла, серость вокруг навевала дремоту, и Спутница сама не заметила, как уснула, свернувшись клубочком на дне провала. Проснувшись, с удивлением обнаружила, что лежит, прижавшись к Месяцу и устроив голову на мужской груди.
- Ой! – Смущенно пискнула девушка, пытаясь осторожно высвободиться из объятий Феликса. – Извини…
- Я был совсем не против, - улыбнулся Феликс.
Надя тут же поняла, что все случившееся не сон – они попали во временной капкан, как выбраться не знают, а Месяц при этом проявляет феноменальную беспечность и не свойственную ему доброжелательность. Или свойственную, но скрытую в самой глубине его души?
- Тебя совсем не тревожит происходящее?
Вопрос вырвался, прежде чем Надя успела прикусить язык.
- Тревожит, - он посмотрел очень серьезно. – Пока ты спала, я думал и пытался понять, есть ли зацепки. Можно ли найти выход?
- Успешно?
- Мы бы тогда тут не лежали…
Лежали – это было верное наблюдение. Безысходность и монотонность окружающего пространства сделали свое дело – они инстинктивно тянулись друг к другу, ища поддержки и человеческого тепла. В мягкой, подстраивающейся под изгибы тела поверхности, оба удобно устроились, обнявшись. И разговору это не мешало, скорее наоборот – усиливало ощущение изолированности. Как если бы они остались только вдвоем во всем мире.
- И что будем делать? – Голос Нади был слегка приглушен, ее щека прижималась к рубашке на груди Месяца.
- Может быть, говорить?
- Иначе спятим? Я все никак не могу поверить – провести тут вечность? Состариться? Как можно прожить жизнь в этом… месте. Это ж как в тюрьме быть заточенным. Точно спятим! Неужели, нет даже подсказки – как искать путь наружу?..
Феликс не откликнулся в ответ. Надя почувствовала, как неровно дрогнула его грудь, и сообразила – он отнес ее слова не только на их счет.
- А что если в этом все и дело? – Приподнявшись, девушка поймала взгляд Месяца. Вид у него был удрученный и слегка растерянный. – Может быть, ты сам подсознательно желал замедлить время в связи со скорым пробуждением Арины? И магия посоха отреагировала на желание хозяина, поэтому нас и закинуло сюда?
Немного помолчав, Надя поняла, что он не ответит.
- Признайся уже себе! – умоляюще попросила она. – Ты так и не смог простить?
- Я не смог простить себя! – в сердцах воскликнул Феликс. – Как мог повести себя так глупо и доверчиво? Оттого все это время не переставал думать об Арине.
- Она так много значила?
Надя ухватилась за его злость. Будучи профессионалом, она понимала, чтобы решиться на что-то, надо оставить свои страхи в прошлом. А Месяца мучит именно страх – девушка чувствовала это. Но что его страшит?..
- Она совершила то, чего я совершенно не ожидал. Предала меня. Это мысль не отпускала меня эти долгие годы.
- Ты слишком самокритичен. Пора давно оставить тот эпизод в прошлом. Тем более, в будущем столько проблем. Сосредоточься на Абрахсисе!
- Если бы это было возможно… Но все эти долгие десятилетия я помнил о том, что Арина жива. И что однажды она освободится.
Надя поняла: Февраль не смог бы говорить об этом с братьями. Это было слишком… личным. А она? Да! Пока она фактически незнакомка, посторонний человек. Имеет ли она право что-то советовать Месяцу, который и старше, и мудрее ее? Да! Ведь, никто не застрахован от ошибок и сомнений. Даже великий маг. А Надя отчаянно хотела стать его другом, завоевать его уважение и доверие. Собственный жизненный опыт подсказывал девушке – сейчас уместно дать совет. Февраль судит слишком пристрастно, взгляд со стороны ему поможет.