Спустя десять минут, побелевший от гнева Паша вжался в стену, лежа на моей подушке. Замотавшись в одеяло, как в кокон, он недовольно поворчал и вскоре уснул.
Этой ночью впервые за несколько лет, я делил постель с живым существом, не похожим на кота. Гора подушек, проложенных как барьер между мной и Пашей, доходила до потолка.
Глава 14
Ночью стена подушек рухнула, и проснулся я в обнимку с Пашей. Этот неприятный эпизод в дальнейшем я постарался вычеркнуть из памяти.
Яна приготовила завтрак. На столе стояли тарелки горячей молочной овсяной каши и овощной салат. Не знал, что девочка умеет готовить что-то кроме бутербродов.
- Яночка, ты теперь каждое утро будешь так вкусно готовить? – спросил я, уплетая ложку за ложкой.
- Размечтался, - наклонившись к уху, прошептала Яна.
- А вообще-то пересолено, - насупился я.
В дверь позвонили. Яна побрела в прихожую и вернулась с Мариной и дядей Мишей.
- Доброе утро, - поздоровалась Марина и села на свободную табуретку. – С вами все в порядке, дети?
Паша молча кивнул, закрыв разбитую губу краем кружки.
- Вот это вчера была драка! – воскликнул дядя Миша. – Спасибо, Яночка, - поставил перед собой кружку предложенного чая. – Давно я так не разминал кулаки!
- Расскажите, как все произошло, - попросила Марина и положила на стол пакет конфет. – Угощайтесь.
- Мы гуляли, теть Марин, - начала Яна. – Уже почти к дому подошли. А возле подъезда эта пьяная компания отморозков стояла.
- Да, - подхватил Паша. – Сказали, типа: «Курить есть?». Ну а что я им отвечу, если не курю? Я и ответил, что нет. Ну вот и подрались.
- Мне кажется, ты кое-что забыл рассказать, - заметил я, зная некоторые подробности. Яна вчера все мне рассказала.
- Да, - кивнула Яна. – Они назвали Пашу геем и сказали, что считают себя борцами за нравственность. С этого и началось.
- Это не обязательно было говорить, - Паша пихнул Яну локтем под столом.
- А что-такого-то? – возмутилась Яна. – Я не понимаю, почему они тебя назвали геем!
«А я понимаю»: подумал я. Яна, словно прочитав мои мысли, бросила предупреждающий взгляд.
- Это ужасное происшествие, - покачала головой Марина. – Предлагаю обратиться в полицию. Что скажешь, Влад?
- Ничего. Я отвечаю только за Яну. Она не пострадала.
- А Паша?
- А у Паши есть родители, - раздраженно бросил я. С чего мне еще заниматься проблемами этого слюнтяя? – Не одевался бы, как голубая незабудка, может ходил бы без фингалов!
- Влад! – Яна стукнула кружкой по столу. – Перестань!
- Вы ничего не понимаете в моде, - обиженно поджал губы Паша.
- Паша, - вмешалась Марина. – Поговори с родителями обязательно. Просто так оставлять эту ситуацию нельзя.
Паша кивнул в ответ. Пойдет он, а то как же, усмехнулся я. Представляю, как будет смеяться отдел в участке. Еще и подзатыльника отвесят. Уж я-то знаю.
После завтрака Яна с Пашей ушли в школу. Проводив ребят за дверь, я ополоснул посуду водой и собрался на работу. На кухне меня ждала Марина. Вместе мы отправились на работу. Всего два месяца назад Марина предложила мне должность охранника в детском доме, и я согласился.
- Паша не плохой мальчик, - поделилась мыслями Марина. - Яну в обиду не дал.
- В этом ты права, - согласился я. – Паша действительно не бросил Яну и даже пытался отбиваться.
- Они встречаются или только дружат?
- Любовь у них, - хмыкнул я. Как говорит Яна, единственная любовь до гроба. Моего гроба или их, она не уточняла.
- Ну, это дело обычное для их возраста, - заверила меня Марина. – Я-то уж знаю, с моим многолетним педагогическим опытом. Подростки, встречаются, расстаются, делают первые шаги во взрослую жизнь. Тебе нужно дать Яне немножко свободы. Пусть почувствует, что ты ей доверяешь.
- Я ей не доверяю, - отрезал. – Тем более Паше.
- А зря. Неплохой он мальчик.
Марина ушла в свой кабинет.
Весь рабочий день я увлеченно думал. Нет, чтобы ни говорила педагог Марина, я не готов пустить все на самотек. Яне от Паши совсем голову снесло, я же вижу. А он вокруг нее ужом вьется, соблазняет, с правильной дорожки сбивает. Моя задача, как опекуна, заботиться о девочке. Вот я и позабочусь.
После работы я зашел в кондитерский магазин. Среди десятков тортов мне приглянулся всего один, украшенный сверху большими красными розами из сливочного крема и шоколадной мелкой стружкой. Проверив срок годности, я купил этот торт.