– Я научу. Это не сложно. Тебе и делать ничего не придется, просто открой свой ротик. Вот так, – снова лаская ее большим пальцем, развожу малиновые створки и медленно проникаю в ее рот.
Но стоит мне провести по языку, как фею натурально колошматит, а потом она и вовсе начинает рыдать. Прорывает ее, как ржавый кран. Столько боли и омерзения в искривленном личике, что я отшатываюсь.
– Это стыдно! – давясь рыданиям, кричит она. – Грязно! Ты… Ты…
– Дикарь, – напоминаю своей истеричной недотроге, ну и себе, конечно.
Больно мне от ее реакции. Все чувства в крошево. За грудиной стекло одно. Это феечка, которая пиздела про симпатию, сердце мое расколола. Я вдребезги. Обрушиваюсь. Осыпаюсь пикселями, как нарисованный персонаж нелепой компьютерной игры.
Кто писал этот сценарий?
Автора в утиль!
Что за ебанутый сюжет?
Ну кто скрещивает бесчувственного гедониста и неземное создание, для которого оральные ласки – это стыдно?!
Нет, ну в нашем мире тоже встречаются такие брезгливые чики. Но ни одна еще не уходила от меня чистенькой. Всех перевоспитал. Вот только до этого момента я имел дело с обычными земными женщинами, а сейчас…
С кем я тискаюсь в собственной ванной, ума не приложу. Я ведь до сих пор убежден, что она мое видение, наваждение, проклятье… Не знаю что, но что-то нереальное. А раз нереальное, значит рожденное мною же. Так почему она такая пугливая?
Злость плющит меня, распаляет так, что вулканическая лава уже топит чердак. Выплескивается. Того и гляди ошалею настолько, что растерзаю ее. На куски изорву. Или затолкаюсь в ее маленький рот и выебу с особой жестокостью. Глотку всю затоплю.
Ох, бля, котел бурлит и пенится, как только воображаю, как по ее подбородку стекает моя сперма. Так люто меня забирает, что я снова кидаюсь на нее. Стискиваю затылок и, дергая за волосы, заставляю поднять на меня зареванное лицо. Упираюсь лбом в ее переносицу.
Что сделать хочу, не знаю. Насквозь пройти, что ли?
– Подрочи хоть, – рычу, опускаясь до мольбы.
Она и этого слова не понимает. Сука, даром, что испорчена уже кем-то, невинна ведь, как младенец.
На препирательства и лекции нет времени и сил. Здравомыслие в утиль. Верховодят инстинкты.
Снова перехватываю руку феи и заставляю ее сжать мой член. Фиксирую захват своей рукой и не позволяю ей вырваться. Впрочем, она и не пытается. Кажется, осознала, что разбудила того самого зверя, которого я и обещал.
– М-м-м-м, – стону, когда она от шока сжимает ладонь, заставляя головку выскользнуть из кулачка.
Перевожу дыхание от переизбытка ощущений и резко толкаю бедра вперед.
Фея охает, опуская взгляд на свою руку, а точнее на то, что из нее торчит. Вид моего красного навершия пугает ее. Она сглатывает, но стойко сносит экзекуцию. А я уже откровенно еложу в ее руке. Рычу, хриплю и шалею.
Никогда бы не подумал, что простая дрочка может так вставлять. Держу в руках волшебную эльфийку. Целомудренную, несмелую, неумелую и расхожусь, осознавая, что никогда и ни с кем у нее такого не было. Как бы ее там не пользовали, а настоящего секса эта феечка еще и не пробовала. Сближение это же не набор гимнастических этюдов – это шквал безумной энергии. Цунами. Оно закручивать должно, швырять по границам удовольствия и боли. К небесам возносить, в бездны разврата опускать. Уж я-то знаю. Последние лет двадцать этим и жил. Что только не пробовал, в какие камасутровые дебри не заползал. Все искал, искал, искал чего-то такого особенного, чего-то, что вставит вот так, как эта девочка. И дождался.
Твою мать, дождался. Только вот… Она не настоящая. Похоже, в моем мире нет той самой. Нет, и быть не может, поэтому подсознание сжалилось надо мной и придумало ее – невинную грезу с острыми ушками и сказочным личиком, которую мне предстоит растлить.
Глава 7. Портал в другой мир.
В ее руке жарко. Она уже влажная от моего предэякулята. Я сочусь от одного только осознания, что она касается члена.
Сука, где это записать? Похотливая кобелина Ден, трахнувший половину города, как сопливый пиздюк трясется от того, что какая-то сосочка трогает его между ног.
Приехали. Конечная остановка. Game over. И игра окончена не в мою пользу. Продул. На дне уже. Но как же на этом дне мягко. С нею. В ее руках. Готов остаться здесь навсегда. Только бы она продолжала принимать меня.
Толкаюсь вперед. Толкаюсь и стону. Натурально как малолетка прыщавый. Свободной рукой держу ее за волосы. Заставляю смотреть на меня. Веки тяжелые, падают, но я держусь, ведь когда еще увижу этот испуганный и смущенный взгляд, в котором помимо прочего плещется интерес и… желание. Ей нравится, как бы она не тряслась сейчас, нравится то, что я с ней делаю. Красивую остроухую головку атакуют скабрезные мысли. Уверен, она уже воображает то, от чего недавно отказалась. Понимаю это, когда фея проводит язычком по губам. Сама не осознает, как это выглядит, как возбуждает и заставляет ускорить темп.