– Нет, так сильно, – хриплю я.
Она пугается и одергивает руку. Ловлю ее и заставляю вернуть на прежнее место.
– Я не умею… не умею… – бормочет она испуганно, и я вдруг понимаю, что она стыдится не только своих желаний, но и неопытности.
– Тебе и не надо, Асми, ты космос. Забыла? Меня от одного твоего вида плющит. Просто хочу, чтобы ты… м-м-м, блядь… блядь. Да, блядь же! – не сдерживаюсь, когда она все же решается повторить попытку и сжимает мою ракету в кулачке.
Та уже готова к старту, но фея этого естественно не осознает и… скользит по стволу пальчиками. Вверх-вниз. Вверх-вниз. Вверх… я зажмуриваюсь, пытаюсь оттянуть тот самый пуск. Но, сука, ядерное топливо уже прогорело. Я не просто на пределе. Отработавшие свое отсеки отстегнуты. Я взлетаю, только пламенный хвост моего оргазмического прихода искрит.
Прижимаю фею ближе и всасываюсь в ее губы. Бомблю в них череду каких-то звериных рыков и несусветных нечленораздельных ругательств, криков и судорожных вздохов. Вжимаюсь в нее, вжимаюсь. Сотрясаюсь всем телом, ее шатаю вместе с собой.
Где мы? Уже пролетели плотные слои атмосферы? Уже истлели в них? Сто пудов! Знаю же, что там не выжить без скафандра, а ведь я абсолютно гол, как и она. Гол перед ней и обезоружен. Не просто кончаю у нее на глазах – нутро выворачиваю. Затаскиваю в преисподнюю. Окутываю черным мороком своей хтони. Демоном себя ощущаю. Исчадием ада, а ее… падшим ангелом.
Такая она растерянная, такая обескураженная. Продолжает смотреть в мои глазища, на дне которых, уверен, сейчас отсветы подземного мира грешников пылают. Смотреть и сжимать мою мокрую от спермы балду. Не гнушается ею, растирает, размазывает по стволу и своей руке и дышит, дышит… Дышит, так будто у нее дыра в легких образовалась. А наверное и образовалась. Я пробил. Как шаровая молния влетел в ее грудь, когда своей к ней прижимался. Когда бомбил в нее натужными ударами сердца.
Маленькая моя, что я с тобой делаю? Сука, растлеваю, как и хотел. Растлеваю, развращаю.
Блядь, вместе с ней же хотел кончить. Вместе! Но стоило этой чаровнице взяться за дело, как чердак сказал: « Привет».
Меня все еще содрогает. Обваливаюсь, как лавина. Все системы организма, кроме той, что в руках феи, дают сбой. Все, чего хочу в этот момент, хоть как-то продлить свой первый в жизни по-настоящему драйвовый приход. Никогда меня так не забирало. А ведь я даже не в ней. Всего-то навсего дожал свою эльфийку – склонил к близости. Уносит меня только от того, что сама она мне дрочит. Сама! И даже теперь, когда вся ее рука и бедра в моей сперме, не отстраняется. Напротив – так вцепилась в мой член, что я опасаюсь, как бы она его не оторвала. Для нее не жалко, конечно. Но все же хотелось бы ублажать фею как-то так, чтобы он был при мне.
Ублажать, мать твою! Она так и течет. Всего меня уже залила своей вязкой патокой.
– Не отпускай, – прошу сипло и тяну руки к ее киске.
Ох, чтоб меня, какая же она мокрая. Мокрая… м-м-м-м…
Со стоном увязаю в ее шелковых дебрях. Как же там скользко, как охренительно гладко. Залипательно. Так бы и скользил по этим райским кущам пальцами, так бы и торчал с ней на запредельном кайфе.
Фея стонет. Глухо так, с надрывом. Девочка, истосковалась по моим рукам. Что же с тобой сделается, когда я затолкаю в твою мокрую щель не только пальцы? Когда там окажется то, что ты до сих пор теребишь, не в силах выпустить из своего плена.
Меня заносит. Дрейфую на поворотах, потому что стояк не умаляется. Да и как ему ослабнуть, когда ведьма колдует? Феячит, выписывая на моем стволе какие-то секретные магические знаки подушечками пальцев. Я же… я еложу по ее бабочке, треплю и уже откровенно поебываю руками. Растягиваю, готовлю к очередной инициации. Собираюсь посвятить в тайное общество хуепоклонниц.
О, моя дорогая, скоро ты узнаешь, что значит настоящая ебля. Я тебя наизнанку выверну. Таким зверем заставлю выть, что все твое эльфийское пуританство развеется, как дым.
Впрочем, она уже воет. Натурально. Скулит и подвывает. Таким затяжным было ее возбуждение, таким острым, что она изнемогает теперь от удовольствия и боли, судя по мучительной гримасе.
Надо же быть настолько красивой, что даже с искривленным лицом она вызывает у меня восторг. Хотя, восторг у меня, конечно же, вызывает чувство собственной невьебенности. Это же я ее до этого пика довел. Это меня она хочет так, что пыхтит, наяривая по моим бедрам своими. Не стесняясь, подмахивает, насаживается на мои пальцы. Мало ей их. Мало. В ней так влажно, что они соскальзывают. Она пошло и возбуждающе хлюпает. А я множу эти чавкающие звуки, долбясь в ее дырочку пальцами.
Твою мать, как же хочется затолкать туда член! Как нестерпимо хочется опрокинуть ее на спину и тупо засадить по самые яйца. Но я боюсь испортить момент. Не хочу спугнуть. Понимаю же, что несмотря на разогрев, она не готова пока распрощаться со своей чопорностью. Что-то стопорит ее. Или кто-то.