Я плачу, скулю и подвываю, но когда Ден отстраняется и почти что покидает мое тело, я вдруг скрещиваю на его пояснице ноги.
– Не двигайся, – умоляю я, и он замирает.
Дрожим синхронно. Сглатываем. Пытаемся не дышать.
– Прости, – выдыхает он и роняет на мой лоб каплю пота.
Впитываю. Я сейчас что угодно впитаю, лишь бы его. Присвоил же, губитель. Уничтожил. Раскатал меня на своих черных простынях. Душу выбил, когда врывался в мое лоно, растягивал там все и раздирал своим огроменным тараном. Нет, копьем. Пронзил насквозь. Соком истекаю на его постель, что все еще сочится между моих ног.
Не жалко. Страшно только, потому что понимаю теперь, что от этого дна мне не оттолкнуться. Слишком оно глубоко. Его всемогущий Блядь утащил нас в самый нижний мир из возможных.
Я продолжаю лить слезы, а Ден сглатывать и хмуриться. Сейчас его лицо еще более темное, чем минуту назад. Чувствую, что он хочет покинуть меня, отстраниться, и прижимаю его к себе ногами, которые все еще овивают его поясницу.
– М-м-м-м, – стону от боли, но позволяю ему погрузиться глубоко-глубоко, до самого основания. – Замри, – снова прошу, хоть это и не обязательно, Ден не двигается, просто вбирает меня, как и я его. Просто заполняет, раздвигает границы.
Чувствую запах нашего падения и своего страха.
Страшно, как никогда. Даже те девять дней, что я думала записать в самые чудовищные из прожитых, мне не было так губительно жутко. И вместе с тем, я плыву. Плыву по водам какого-то странного извращенного блаженства.
Вязкая слякоть моего возбуждения обволакивает нас. А едва ощутимые колебания, что совершают наши сопряженные тела, будоражат какие-то потаенные точки внутри меня. И я сейчас не о фигуральном, я о вполне реальных окончаниях, которые копье, что засело у меня между ног, затрагивает и заставляет пульсировать.
Мы дышим. Часто, с надрывом, хотя в остальном неподвижны, и этих содроганий хватает нам обоим. Я чувствую, как меня продолжает распирать, хотя, казалось бы, некуда дальше, и от этого стону и поскуливаю. Но Дена не отпускаю. Ловлю странную эйфорию. Не понимаю, что тому причина, ведь мне больно и стыдно. Я готова развеяться по ветру, а демон…. Он смотрит мне в глаза, подвергая мою душу всем возможным пыткам.
Убей уже, убей или… Что или, сама не пойму, но хочется чего-то большего, чего-то несбыточного, нереального, волшебного.
Ох, откуда в мрачном мире людей волшебное? Их магия – это тлен, это мука, это развращение. Но какое же оно томительное, какое сладкое.
За моими ребрами разверзается пропасть. Я в ужасе, но уже знаю, что шагну. Душа мечется в агонии, шатается, где ни попадя. В такие дебри ее заносит, из которых нет ходу. А мне все равно. Лишь бы узнать, что там – за граню всех известных мне миров. Догадываюсь уже, что только Ден и может мне это показать, только мой пленитель, мой мучитель, растлитель мой. И он показывает…
С натужным хрипом Ден делает едва заметное движение бедрами. Чуть отводит их назад, а потом снова погружается в меня. Вязкое скольжение. Саднящая боль и судорога наслаждения. Я стону… протяжно, мучительно. Закусываю губу и сама начинаю двигать бедрами. Так же осторожно, как и Ден. Амплитуда едва заметная, но из груди демона вырывается такой утробный и могучий рык, что я трепещу. Сносит меня волной его голоса. Размазывает, сокрушает, а после… чувствую, как его нутро содрогается. Тугие мышцы вытянутых рук напрягаются так сильно, что те начинают вибрировать. Ден зажмуривается, и не просто хрип из груди вырывает, а будто всего себя без остатка.
Я же… я распахиваю глаза, потому что внутри меня начинается пляска его страсти. Понимаю, что он не контролирует это, я и сама уже себя не контролирую. Превозмогая боль, подаюсь вперед и принимаю его целиком – колотящееся сердце, которое разбивает мою грудь, пот, что застилает глаза, дрожь, хрипы и возрастающий в размерах жезл, который… О, демоны, извергается в меня семенем!
Чувствую горячие струи внутри себя, толчки и запах. Этот особенный, ни с чем несравнимый запах. Его… Так пахнет только мой демон. Пороком, жизнью, смертью, несбыточным и запретным. Головокружительным.
Принимаю в себя его семя и цепенею. Сквозь мое тело проносится ураган. По позвоночнику, будто табун лошадей скачет. Но это не боль – удовольствие. Несказанное, граничащее с безумием. Я распадаюсь на части и собираюсь вновь, но как-то иначе. Собираюсь только лишь для того, чтобы снова разбиться о волны того экстаза, что захлестывают нас обоих.
Слышу сиплый вой Дена, он вторит моему крику радости. Не знаю, что именно приводит в такой восторг, но ощущаю себя освобожденной от чего-то незримого. Чего-то такого, что давило всю жизнь. Я даже не знала об этой тяжести, и вот теперь только осознаю ее. Точнее то, что ее больше нет. Я свободна. Я лечу. Я за пределами небес. Я где-то в таком пространстве, где нет ничего, кроме этой бешеной тряски и жжения. Так горячо мое наслаждение, так остро, так перчено. Но и томительно…