Прикрываю веки и отворачиваюсь, хотя все еще нет сил разорвать нашу связь. Медленно, по одному шажочку делаю отступы. Первым было освобождение ее лона от моей дубины, теперь вот зрительный контакт утрачен. Осталось подняться и дойти до кухни. И все же я не могу сделать этот последний шаг. Она ж магнит, а мое сердце, оно из железа. Думал, это изъян такой, оказалось – нет. Просто оно под это вот неземное создание было создано, для нее специально – для феи моих снов.
Она все еще часто дышит, дрожит и почему-то сжимается вся. Улавливаю ее напряжение даже с закрытыми глазами. Холодно ей, что ли?
Ладно, надо дать ей возможность прийти в себя. Она ведь тоже, наверное, потрясена случившимся. Но всего полминуты, пока за питьем хожу.
Поднимаюсь, и, не удержавшись, бросаю на нее один короткий взгляд. Ох, блядь, как распирает меня наводняющая нежность. Захлебываюсь ею. Через край лезет. Кажется, выплеснул больше, чем следовало, потому что фея смущается от моей неприкрытой демонстрации чувств.
Сука, я тоже смущаюсь.
Очень непривычное чувство. Но с феей я и ему рад. Теперь уже рад. Сколькому еще она меня научит?
В кухне задерживаюсь чуть дольше, чем планировал. Самого ведь тоже жажда мучает. Открываю кран и лакаю воду прямо из него. Жадно, разбрызгиваю все по столешнице и полу. Только потом хватаю чашку, наливаю для феи и возвращаюсь в спальню, а там… там на меня обрушивается звенящая тишина и пустота.
Руки разбивает тремор, и я роняю чашку.
Глава 23. Не знаю, чего хочу.
В замке великана как всегда сумрачно, но мне это даже на руку. Скольжу по гулким коридорам за Калиллой. Ведьма топает вместе со своей сестрой в подвал. Знаю зачем, пополнить хранилище артефактов, чтоб оно было не ладно. Тихо скольжу, как тень. На ногах мягкие шерстяные туфельки, на голове плащ, скрывающий белизну волос. Ведьма меня не слышит, слишком увлечена собеседницей. Но я осторожничаю по привычке. Не хочу провоцировать ее на гнев. И так создала ей столько проблем, что боюсь, как бы она не утратила веру в свои возможности и не вскрыла перед господином все карты. А прикуп-то у нее не ахти какой. Это перед великаном она хвост распушает, а на деле не справляется со мной. Вот и сейчас ведьма жалуется сестре.
– Долбанула я значит этого мужика клюкой своей, а ему хоть бы хны! Нет, ну ты представляешь?!
– А куда била? – деловито уточняет та.
– Да прям по темечку. Не слабо так, почти всю магию, что три дня копила, на этот удар израсходовала. А он шишкой отделался и дальше себе живет!
– Человек он – испорченный вид. На них магия с искажениями действует.
– Но все-таки действует.
– Будь он в нашем мире, с ним можно было бы потягаться. А на его территории бессмысленно, – качает головой ведьма, и я хмыкаю.
То-то же, вседержители великаньего мира, выкусите!
Такая гордость меня распирает за моего избранника, что лопну, кажется. Но я тут же одергиваю себя, напоминая о запрете думать о развратнике после всего, что произошло.
Но не вспоминать о Дене не получается. Засел он во мне занозой. Ни вытащить, ни вытравить, ни проигнорировать. Сделал этот Блядский жрец со мной нечто такое, что теперь не исправить. Будто второй раз невинности лишил, в самом деле. Сердце мое очернил, помыслы. Да и тело напоминает о пережитом, и не только саднящей болью между ног. Она почти стихла. Не так уж и сильно он меня ранил, как выяснилось. Гораздо больший урон нанес душе. Она как будто и не принадлежит мне больше. Принес он ее в жертву своему алчному демиургу похоти.
Ну ничего, я справлюсь. Забуду. Исцелюсь. Главное выжить, а для этого проникнуть в хранилище.
Продолжаю скользить за ведьмами и подслушивать, но ничего нового не узнаю. Калилла все старую тему мусолит.
– Как этой шальной девчонке удалось проскочить сквозь твои защиты? – упрекает она сестру. – Ты говорила, что они безупречны!
– Безупречны. Границы нашего мира не переступить чужаку.
– Но она-то преступает! Как она к этому человеку шастает?! Вот как? Не ведьма вроде. Магией не обладает, я проверяла. Но стоит мне из замка отлучиться, как ее и след простыл.
– Запри ее в темнице, и всего делов.
– Не могу, – сокрушается ведьма. – Господин велел сделать все, чтобы Асмирэль чувствовала себя гостьей, а не пленницей. Увидит ее под замком, поймет, что я обтрухалась. Где это видано, чтобы Калилла не могла с девчонкой справиться?
А вот теперь я ощущаю гордость за саму себя. Не безосновательно. Выкуси еще раз, старая карга. Думаешь, научилась пользоваться магией и все – эльфийку поработишь. Фигушки. У меня тоже козырной в рукаве имеется.