Максим очень смутился и почти не заметил мешок, но тут соседка, сидящая на лавочке, вклинилась в диалог:
— Вы, я смотрю, хозяйство обустраиваете, надеюсь не кроликов разводить решили, а то нынче модно свиней на поводке выгуливать.
Вот ведь зараза, ловко как весь скотный двор приплела.
Он испуганно моргнул и опустил глаза на пакет:
— Алечка, а что это?
— Это от блох. От соседских кошек прибегают.
Соседка чуть от возмущения с лавки не упала:
— Моя Маркиза обработанная, у неё никаких насекомых нет.
Я сделала задумчивое лицо:
— Ну если не от кошки, то от вас… — не слушая дальнейшие вопли, подхватила Макса под локоток и запихала в подъезд.
В квартире он попытался меня образумить:
— Так нельзя, Валентина Ивановна пожилая женщина, у неё давление, ей нельзя нервничать.
— Милый, не вижу никакой логики. Причём тут давление и блохи? От них оно не повышается.
Повернувшись к нему спиной, быстро припрятала свою добычу. Макс вздохнул и отправился на кухню жарить яичницу с овощами, а я проверила книгу, наличие в ней веничка и села в ожидании вечернего посещения старика Хоттабыча, то бишь Дормидонта.
Солнце уже заходило, а противный старикашка все не появлялся, ох и не к добру это, прям пятой точкой чувствую подвох.
Глава 11
— Аля, идите ужинать. Иначе все остынет и будет не так вкусно — голос Максима вернул меня из раздумий на грешную землю.
Подозрительно озираясь по сторонам, отправилась на кухню. Ведь с Дормидонта взятки гладки, будет гаденыш подглядывать и подслушивать. Ещё раз кинула взгляд на верх шкафа, где лежало главное сокровище, книга ведьмы, веничек из неё задорно торчал. Авось пронесёт и успею чего придумать, не нужно, чтобы миром правил псих с неограниченными магическими способностями, да и этого счастливого мямлю сдавать ему совершенно не хотелось.
Не успела зайти на кухню, как меня обхватили две крепкие мужские руки, а тёплые губы нежно поцеловали, легко касаясь и шепча на выдохе:
— Я весь день думал о тебе, знаю это не правильно, но не могу…
Вот вообще не удивлюсь, если сейчас под столом сидит дух и записывает в свою книжечку слабостей перечень моих. Но отказаться от ласки не смогла, потянулась, ответила, руки взметнулись вверх, обняв широкие плечи, пальцы запутались в волосах…
— Мы ведь очень дальняя родня? Это же почти и не считается? — в его вопросе послышались виноватые нотки.
Меня как током шарахнуло. Что же я делаю? По легенде мы вообще родственники, успокаивает только то, что это по легенде…
Я усилием воли заставила себя отпрянуть:
— Ну даже не знаю, может все же не нужно… — разочарование пробежало по телу.
Макс опустил руки и, извинившись, вышел. Вот на этом месте и послышалось мерзкое хихиканье:
— Молодец! Это же замечательный план, ты его совратишь и бросишь, да так с подковырочкой, чтобы он свою врожденную силу активизировал и разнёс чего—нибудь. А потом его как накроет раскаяние… — тут он спохватился и замолчал, поняв, что на радостях наговорил лишнего, но я уже успела зацепиться за информацию.
— Так Макс вам совсем не внучок? Вы просто выбрали его, он свою силу не знает, что делать с ней не в курсе, а моральная планка не даст ему спокойно жить, если он сделает что-то плохое…
Дух аж трястись от злости начал:
— Ты не рассуждай! Это не твоего ума дело! Ты — моя рабыня и должна делать так, как я сказал. Иначе быстро назад отправлю.
— Ты же его хочешь до самоубийства довести, а потом воспользоваться его телом — до меня начал доходить смысл всей схемы придуманный малоуважаемым Дормидонтом.
Он зло зыркнул в мою сторону и зашипел:
— Не вздумай вставать мне поперёк дороги, уничтожу особо извращенным способом, да так перед концом помучаешься, что забудешь как тебя зовут.
Я быстро прикинулась валенком и мило прощебетала:
— Да мне вообще без разницы, это ваши дела.
Старикашка кхекнул и распрощался со мной, показав кулак. Меня так и подмывало нарисовать ему большую фигу, но это было лишним.