Я улыбнулась одним уголком губ ей вслед и поспешила на лекцию.
***
Ту часть дня, когда должен был состояться ужин у Смирновых в честь их женщин, я вспоминаю с неким трепетом и волнением до сих пор. Я считала это большой честью. Для меня слишком много значило то, что Роман Евгеньевич посвящал меня в это дело, как бы я не отказывалась от ужина, я знала, что Анна хочет познакомиться со мной. Этого я боялась больше всего. Большинство влюбленных девушек боится познакомиться с родителями своего парня, особенно с матерью.
Я стояла напротив знакомых ворот и не решалась нажать на звонок. У меня есть пара часов на знакомство с Анной, а потом можно ехать к Саше, с которой я договорилась встретиться сегодня и выпить по коктейлю. Резко выдохнув, я мигом нажала на звонок и подошла к экрану, через который охранники просматривали посетителей. Роман Евгеньевич признавал такую меру безопасности и видимости территории, хотя как-то заикнулся, что хотел бы улучшить систему наблюдения и охраны.
Через пару минут я была в доме, мажордом помог мне раздеться и проводил меня до столовой, откуда доносились голоса. Я слышала женский смех, похожий на колокольчик (настолько неестественный, что мне стало плохо), бас Смирнова-старшего и обычные вопросы от прислуги, положенные в высшем обществе. Я чувствовала, что не вписываюсь в компанию, мне было ужасно неудобно, когда мажордом Алексей Юрьевич представил меня собравшимся прежде, чем я вошла, опустив глаза в пол, проклиная свой выбор в одежде (например, бордовую плотную юбку или плотные тёмные колготки).
Я смогла поднять глаза на Романа Евгеньевича, сидевшего напротив меня, когда мне подали рыбу под сливочным соусом и гренки. За столом царило молчание. Меня оно угнетало, а остальных, похоже, ничуть. Конечно, я не являлась членом их странной семейки, но я более-менее хорошо знала Мишу и его отца. А это уже какие-то соображения.
— Ира, правильно? — спросила Аврора, посмотрев на меня исподлобья. Я кивнула ей в ответ и отрезала кусочек от рыбы. Голод — не тетка, как говорится. — Вы давно знакомы с Мишей?
Она вроде бы не поставила меня в неловкое положение, но я немного стушевалась. Мне становилось очень неловко, когда я смотрела на него. В первые секунды хотелось все бросить, но потом я больше задумывалась о своих планах, тайнах и мечтах. У меня все получится, я уверена в этом, но…
— Да, еще со старшей школы. Мой брат и Миша дружат, так что довольно давно, — ответила я, прожевав и проглотив рыбу.
Ее взгляд буквально давил на меня, я не знала, куда от него деться или как его отразить. Кажется, мне это было не под силу, а потому я жалко капитулировала, опустив глаза в свою тарелку, дальше чувствуя кожей ее взгляд. Что-то было не так. _к_н_и_г_о_ч_е_й._н_е_т_ Мне было не комфортно настолько, что внутри я вся сжалась. Анна поглядывала на меня обеспокоенно, явно не замечая того, что творилось между мной и ее дочерью.
— На кого ты учишься? — Анна посмотрела на меня довольно дружелюбно. У неё был добрый взгляд, но цену она явно себе знала. Мне всегда нравились такие женщины: они и из огня вытащат, и ничего никогда не попросят.
Голос ее был мягким, мелодичным и достаточно уверенным. Она была очень красива, но настолько естественна, что я удивлялась тому, как ей было легко общаться с мужем после стольких обид, недопонимания, ссор и размолвок. Даже после того, как она уехала и все равно находилась под куполом Романа Евгеньевича, она спокойно разговаривала с ним, улыбалась ему теплой улыбкой и смотрела своими добрыми глазами. Непременно, она — сильная женщина, достойная счастья и самого лучшего в жизни. Она не сдалась, она просто ждала. Порой, терпение вкупе со смирением — ключ ко всему. И я бы тоже хотела познать эту истину на себе.
— На филолога, — мягко ответила я на заданный вопрос и легко улыбнулась.
— Очень интересно, а кем планируешь работать? Учителем или каким-нибудь доктором наук?
— Я бы хотела в редакции работать или быть интервьюером, но не журналистом. Это мне по душе, — я сделала глоток вина и на секунду зажмурилась.
В области грудной клетки росла тревога. Внутренний голос кричал о том, что я — лгунья, что я бессовестная и эгоистичная, но разум охлаждал эмоции только тем, что другого выхода мне не найти. Единственный шанс, за который я хватаюсь, как за спасательный круг. Мне становилось нехорошо от понимания, что так я могу потерять всех в своей жизни. Риск очень большой, но мечта намного сильнее, особенно, когда ты находишься в шаге от ее исполнения.