Ближе к концу лестницы мы увидели всполохи красноватого цвета, которые сопровождал странный шум, а также чьи-то шаги эхом раздававшиеся по пещере. Пришлось под заклинанием невидимости аккуратно спускаться вниз.
Я увидела пещеру с высокими сводами, в центре которой находился портал, от которого и исходил свет и шум. Перед порталом прохаживался… сначала я решила, что это человек, однако потом обратила внимание на кожу, оттенком напоминавшую кожу данмеров, но как будто обожжённую докрасна. А также рога.
Существо повернуло голову в сторону лестницы, обнажило чёрный с красными прожилками клинок и хрипло произнесло:
— Я слышу, как ты дышишь.
Палладиум только и успел чертыхнуться до того, как странная тварь подобралась достаточно близко. Клинки скрестились с громким звоном. Я вскинула лук, судорожно размышляя, куда лучше целиться. Существо было облачено в чёрно-красный доспех, наверное, из эбонитовой руды, однако без шлема и перчаток. А ещё оно было весьма неплохим мечником, владеющим огромным двуручником. И заклинания наставника на него почти не действовали. Плохо.
На выдохе я отпустила тетиву. Стрела полетела к твари, которая с лёгкостью увернулась, посылая в меня огненный шар.
От атаки я ушла перекатом, посылая очередную стрелу в голову существа.
Промазала. Наконечник только чиркнул тварь по щеке, однако этого было достаточно, чтобы существо направилось ко мне, чем и воспользовался Палладиум.
Быстрый взмах изумрудным клинком, и рогатая голова покатилась по каменному полу.
— Что это было? — тяжело дыша спросила я.
— Дремора, — процедил наставник. — Слуга Мерунеса Дагона.
— По крайней мере это значит, что мы на верном пути, — произнесла я.
— А ещё это означает, что нас могут ждать, — хмыкнул Палладиум и добавил: — Небольшой привал. А дальше я пойду один.
— Чего? — воскликнула я. Шлем, который я сняла, со звоном упал на пол.
— Ты хоть представляешь, что такое Обливион? — вкрадчиво произнёс Мастер. — Это ужасное место, в котором у смертных почти не восстанавливаются магические силы. А для простейших чар нужно больше энергии. Единицы из людей способны выжить там.
Я опустила голову, судорожно размышляя. Мне просто необходимо спасти Флёр! Она моя феечка, и именно я должна ради неё рисковать своей жизнью. К тому же я никогда себе не прощу, если Палладиум погибнет по моей вине. Мне нужно попасть в Обливион, и я пойду на всё, чтобы сделать это.
Дыхание незамедлительно сбилось. Пока Мастер осматривал пещеру, я стянула с рук перчатки, оголяя запястья. Затем сдёрнула с волос сетку, позволяя локонам рассыпаться по плечам, и решительно сняла с ушей артефакты.
— Персефона, что ты делаешь? — мои манипуляции привлекли внимание наставника.
Я достала кинжал и, глядя в глаза мужчины, хрипло произнесла:
— Моё имя Персефона. Моя мать — графиня Лилиан Доминус, а отец — Атлас Дайнмар. Ты сказал, что люди почти не выживают в Обливионе. Вот только я не человек…
С этими словами я резанула по запястью, уничтожая метку. Высвобожденная магия, ослепив меня, с грохотом пронеслась по пещере.
Часто моргая, чтобы скорее восстановить зрение, я трясущейся рукой ощупала длинное острое ухо.
Ну всё, назад дороги нет.
— Персефона, ты… — шокировано начал наставник, но я его перебила.
— Высокий эльф. Как и ты, — кивнула я, признавая то, чего избегала столько лет.
Мелькнула ещё одна вспышка, но послабее, а у меня на груди, ниже левой ключицы, появилась брошь в виде цветка нарцисса. Чармикс?
— Да ну нахрен! — воскликнула я, схватившись за голову. Эмоции накрыли меня с головой, и я разрыдалась, уткнувшись в коленки.
Палладиум терпеливо ждал, когда моя истерика иссякнет, а затем спросил, усевшись рядом со мной на пол:
— Почему ты скрывалась?
— А ты как думаешь? — я вытерла мокрые щёки. — Не знаю, какие договорённости были у кланов Доминус и Дайнмар, но всё у них пошло наперекосяк. Ты слышал про клан Дайнмар?
— Что-то в этом роде, — наставник невесело усмехнулся. — Я знал одну девушку, которая была частью этого эльфийского клана.
— Тогда ты знаешь, что все представители этого рода являются боевыми магами. Я для них не более, чем калека с зубочисткой. Так они называли Сияние Рассвета. Бесполезной эльфийке — бесполезный меч, — я с силой прикусила дрожащую губу, чтобы не разрыдаться. — А затем меня буквально сослали на Эраклион.
— Там же запрещено появляться эльфам! — воскликнул Мастер.
— Именно. Отец об этом прекрасно знал, раз наградил меня усовершенствованной меткой бастарда, подгоняющей внешность и объёмы магии под человеческие, — зло сказала я. — И теперь, когда метка уничтожена, опекуны меня возненавидят, потому что из-за меня они нарушили одно из главных правил королевства.