Блум весело рассмеялась и прыгнула мне на шею, обнимая. Я прижала её к себе и негромко высказала претензию, мол, заставила фея Огня нас поволноваться.
— Ну извини, — засмеялась кузина. — Если меня в следующий раз решат похитить, я предупрежу тебя заранее. По крайней мере постараюсь.
Широко улыбаясь, я покачала головой и подтолкнула Блум к остальным феям. Пусть сестру все поздравят. Вот только не учла, что Даркару ой как не понравится срыв его планов.
Феникс взмахнул крыльями, из которых в мою сторону полетели бритвенно-острые тёмные перья, увеличившиеся в воздухе до размера полноценного двуручного меча. От атаки я ушла перекатом, вот только, встав, я обнаружила, что отделена от остальной группы частоколом из лезвий. Хотела было перелететь к своим, однако Даркар активировал ловушки, высасывающие магию и стреляющие дёгтем, который мог запачкать крылья. Дело дрянь.
— Сначала я разберусь с тобой, — прорычал мой родственник. — А потом уничтожу остальных, забрав все их силы.
Сосредоточившись, я выставила антимагический щит и повернулась к остальным. К группе как раз присоединились директрисы и Кодаторта.
— Я постараюсь удержать его так долго, как смогу, — произнесла я, понимая, что щит долго не протянет. Уж очень Даркар пытался его пробить, несмотря на то, что это моё самое сильное защитное заклинание.
— Используем конвергенцию! — воскликнула Блум.
— Мы вас прикроем, — сказал Скай. Остальные специалисты серьёзно кивнули. Палладиум же не тратил время на разговоры. Я просто почувствовала, как он начал передавать мне свои силы. Значит, ещё поборюсь.
— Зачем тебе уничтожать Волшебное Измерение, Астерий? — спросила я, решив попытать счастья и заговорить врагу зубы.
— Да что ты понимаешь! — рявкнул Феникс, посылая в меня какие-то тёмные сгустки магии. Не знаю, что это за заклинание, поэтому предпочла увернуться. Чары скорости мне в помощь. А Даркар продолжил:
— Я желаю поработить и уничтожить не только Волшебное Измерение, но и Мундус!
— Поэтому ты объединил силы с Мерунесом Дагоном? — хмыкнула я, без особого успеха пытаясь с помощью заклинания замедлить врага.
— Дагон бесполезен! Он недооценил тебя, но я такой ошибки не допущу, — захохотал Феникс, принимая гуманоидный облик. — Попалась.
Моё горло резко сжала рука в доспехе. Я захрипела, руками цепляясь за Даркара, пытаясь ослабить хватку.
— Ты ведь не знаешь тайну своего рождения. — рассуждал Астерий, без особых усилий держа меня на вытянутой руке. — Наши родственники решили, что я недостоин силы Тёмного Феникса, а значит, понадобится новый сосуд. А искры Огня Дракона гарантируют отсутствие безумия!
Не может быть!
Я пыталась осознать слова Даркара своим угасающим сознанием, сопротивляясь скорее рефлекторно.
— Узнав, что у брата получилось создать сосуд, я послал своих приспешниц, трёх Древних Ведьм, уничтожить его вместе со всем Домино, — хватка на горле усиливалась, а в глазах потемнело. — Но ты снова ускользнула, мерзкая девчонка!
Дьявол! Почему они не атакуют!
Я подняла ладонь, сосредотачиваясь на заклинании поглощения магических сил. Может, у меня получится немного ослабить Даркара и вырваться?
Вот только стоило заклинанию начать действовать, как по Фениксу ударила мощная атака, видимо, от ребят. Хватка на горле исчезла, вот только по телу разлилась такая нестерпимая боль, что я выгнулась дугой. Голос моментально пропал после первого крика, отчего у меня получалось только хрипеть. Ощущение было такое, словно тело засунули в камнедробилку. Выкручивало всё. Как будто кости ломаются и срастаются снова и снова. Сознание не хотело никуда уплывать, отчего всё происходящее воспринималось ещё больнее.
Не знаю, сколько бы я ещё так мучилась, если бы не горячая ладонь, которая легла мне на лоб. Лишь после этого я забылась беспокойным сном.
***
По ощущениям я довольно долго плавала в каком-то непонятном мутном вареве. Сначала я слышала дикий грохот, потом меня трясло. И всё это время рядом кто-то восклицал и оживлённо переговаривался. Но только слов разобрать я не могла.
Тело ещё несколько раз скручивало судорогой, и я снова начинала биться в конвульсиях. Судя по тому, как мне сдавило ноги и руки, меня связали то ли верёвками, то ли лианами. Мне было неважно: мышцы были настолько воспалены, что прикосновение верёвок напоминало лезвия.
Кричать от боли я не могла, однако рядом постоянно кто-то находился, вкалывая обезболивающее, приносящие ощутимое, хоть и временное облегчение.