- Ох!..
Она вспомнила, как перед пиком руки Киры надавили ей на плечи, заставив кончающего Чертополоха оставаться внутри её тела. И её шепот: «Тогда может быть ты дашь ему то, что он хочет?». У Фиалки похолодело сердце. Он же кончил в неё. Прямо в неё. И, судя по количеству вытекающей спермы, весьма обильно! Сколько она там пролежала? А что если теперь она залетит?!
Она отшатнулась на внезапно ослабевших ногах. Чертополох приподнялся и вопросительно посмотрел на неё.
- Все в порядке?
- Ты… ты кончил в меня… - Фиалка с трудом разжимала губы, слепо пытаясь дрожащими руками попасть в рукава рубашки. - Я теперь могу забеременеть… А я…
Он перевернулся и сел, по-турецки скрестив ноги. Более бесстыдной позы у мужчины Фиалка ещё не видела. Но выглядел оборотень настолько естественно, что подходящая, было, реплика, застыла на её губах.
- Я же говорил. Это крайне маловероятно.
- Но… но предыдущие разы ты… вытаскивал… прежде чем… Почему?
Чертополох пожал плечами.
- Какая разница?
- Тогда ты хоть немного думал обо мне! А сейчас…
Он поднялся на ноги и медленно подошел к ней. Его голый вид и внушительные мужские достоинства сейчас вызывали у Фиалки скорее страх, нежели вожделение.
- А сейчас я думаю о нас.
- Что?! – опешила Фиалка. - О нас? И это после всего… после того, как ты трахал свою бывшую на моих глазах? Из чувства долга, что ли?!
- Ты мой Зов, - сказал оборотень. - Ты нужна мне. Только ты одна. Больше я не посмотрю ни на одну женщину. – Он попытался взять её лицо в ладони, но Фиалка резко отстранилась. Глаза Чертополоха потермнели от гнева, но он сдержался и ровным голосом продолжал: - Ты будешь со мной. Будешь моей. Навсегда. И как знать, может быть этот союз принесет продолжение?
Девушка задрожала, только теперь в полной мере осознав все, во что вляпалась.
- А что, если… - Она с трудом сглотнула, но собралась с силами. - А что, если я не хочу?
- Мне показалось, - Чертополох прищурился, - что несмотря ни на что, моя любовь к тебе нашла отклик в твоем сердце.
- Любовь? – не выдержав, истерически расхохоталась Фиалка. Пафос его фразы перешел в её сознании все границы.
- Для меня Зов означает то же самое, - сказал оборотень. – Какое слово не подбери, смысл одинаков.
- Не думаю.
- А ты? - вдруг спросил он. – Что же ты чувствуешь ко мне?
- Теперь?!
Фиалка вложила в это короткое слово всю гамму своих чувств и произошедших с ней несчастий. Похищения, плена, сидения в ошейнике, почти изнасилования, рявканья, секса с почти женой на её глазах, секса с ней после накачивания наркотой… И семяизвержения в неё же.
Ей показалось, что он всё понял. По крайней мере, Чертополох глухо сказал:
- Я таков, какой есть. Но ты моя. И я не отпущу тебя.
- Нет! – девушка гордо подняла голову, заодно демонстрируя свободную от ошейника шею. – Теперь, если ты хочешь добиться моего расположения, тебе придется реально постараться!
Она думала, что он сейчас ударит её. Но Чертополох только оглянулся на продолжавших заниматься сексом сородичей. Никто не смотрел на них, не повернулась ни одна голова, словно все присутствующие соблюдали какой-то негласный этикет. Эти мгновения оборотень явно использовал, чтобы взять себя в руки.
- Я смотрю, ты не в настроении. Поговорим обо всем завтра, хорошо?
Фиалка смотрела ему в глаза и пыталась вызвать в себе тот гнев, который должен был бурлить в ней сейчас. Но вместо злости чувствовала только усталость и страшную пустоту. Слишком много всего выпало на долю избалованной девочки за последние несколько дней. Фиалка понимала, что никогда больше не будет прежней. И дело не в потере девственности. Беззаботная жизнь внезапно надулась, словно воздушный шарик и оглушительно лопнула, оставив лишь сморщенные осколки на полу. Теперь её жизненный путь был туманен и полон совершенно черных коридоров.