- Тебе страшно и противно такое слышать. Это очевидно, - сказала она, чуть прищурив свои огромные глаза. Потом пожала плечами. - И тебя можно понять. Я бы тоже испугалась в такой ситуации.
Она на мгновение отвела взгляд в сторону, а потом возмущенно поморщилась и неожиданно улыбнулась.
- Да что это я болтаю! – Кира коротко рассмеялась. - Нет, конечно же, не испугалась бы! Это удел только таких трусливых избалованных девочек, как ты.
Фиалка молчала. Она поняла, что Кира просто играет с ней. Играет на её чувствах и эмоциях. Впервые в жизни оказавшись один на один с хищником в женском обличье, Фиалка вдруг интуитивно поняла, как нужно себя вести.
- Ты права, - сказала она Кире. – Таких как я. Но родителей не выбирают. Если бы я жила как ты, то, наверное, и стала бы такой как ты.
- Это какой же? – прищурилась оборотень.
Фиалка пожала плечами.
- Сильной. Смелой. Способной постоять за себя. – Она посмотрела в черные глаза. – Способной противостоять мужчине и его желаниям!
Кира промолчала, а затем усмехнулась.
- А ты быстро учишься.
Фиалка чуть потупилась, но взгляда не отвела.
- Я не просила делать из меня какой-то там Зов. И не горела желанием тут находиться. А ложиться под Чертополоха – тем более!
По чуть изменившемуся лицу Киры Фиалка поняла, что перегнула. Но черноволосая тут же снова расслабилась. А её взгляд чуть расфокусировался.
- Черту трудно противостоять, когда он тебя хочет… - сказала она почти задумчиво. – Это свойство вулфраа. Если волк понравился тебе хоть самую малость, то начинаешь течь от всего: взгляда, касания…
Фиалка вспомнила из с Чертополохом первый раз, предательство тела вопреки разуму, и поняла, что Кира права.
- Это наша природа. Мироздание пытается продлить наш род.
- Чертополох говорил, что у оборотней мало детей. Почему же тогда так?
- Потому что мы вырождаемся, - горько усмехнулась Кира. – Потому что самкам все сложнее забеременеть. Так что все уловки природы по сведению пар приносят все меньше и меньше результата. Потому что самцы вулфраа все чаще чувствуют Зов к человеческим женщинам.
Она посмотрела на Фиалку и девушке стало не по себе от этого взгляда.
- Вы крадете у нас будущее одним своим существованием.
- Нет, - замотала головой Фиалка. – Это все как-то неправильно. Ты осуждаешь без права оправдаться. Нам не нужны ваши мужчины. У нас своих хватает!
- Да? Семер сказал, что ты прибыла сюда со своим мужчиной, который сбежал, бросив тебя тут. Сравни его с Чертополохом. Чёрт поступил бы также?
- Это бессмысленно! Среди людей тоже встречаются и смелые, и ответственные мужчины! Глупо думать, что все такие, как Илья!
- Глупо? Среди оборотней такие все!
- Все? Как же! Я, знаешь ли, близко познакомилась с Фомой!
- Фома… - усмехнулась Кира. – Груда мышц. Свирепый, хоть и туповатый. Раньше был гораздо лучше, но его сгубила озабоченность. Вечно лез со своими идеями гарема. Вулфраа, к сожалению, падки на человеческих девчонок, но Фома хотел поставить это дело на поток. Хотел приходить в свою нору и зарываться в груду голых женских тел. Его мало что интересовало так сильно. Потому и хотел стать вожаком. Чертополох был против его замашек.
- А почему?
- А потому что это отвлекает от дела. Парни тут выращивают коноплю в промышленных масштабах, нужны работники, а не шлюхи. Да и почти у всех есть самки. А мы в отношении конкуренток не особо отличаемся от женщин.
- Ну а если самец говорит про Зов? – решилась вставить Фиалка.
- Зов… - недовольно поморщилась вулфраа. – Зов — это наше проклятие.
- Ну а разве не может… эээ… самец соврать, что чувствует Зов? Это же пипец как удобно!
- Нет, не может, - ответила Кира. – Самка это почувствует. Меняется запах, ощущения… Ты человек, не поймешь.
- И что тогда?
- Тогда можно только отступить в сторону.
- Совсем? И нет смысла бороться?