Тут перед ними возникла поистине непреодолимая живая изгородь из колючего кустарника, чьи ветви так переплелись между собой, что сквозь него было невозможно пробраться. Оставался единственный выход — перепрыгнуть. И Луиза решилась — разумеется, не потому, что Редверс уже был на другой стороне изгороди и ждал, хватит ли у нее смелости.
Она любила преодолевать трудности. Пришпорив свою кобылку, Луиза надеялась, что высокая скорость сгладит некоторые шероховатости в технике исполнения. Кобылка взвилась — и взяла препятствие! На мгновение Луизу охватило восторженное чувство сопричастности и к этому морозному солнечному утру, и яркому синему небу, и всем по-зимнему опустевшим полям, и… Ее лошадь споткнулась, вернув Луизу на землю довольно неприятным образом.
— Миссис Хескет!
От Луизы не ускользнул явный испуг в голосе Редверса, когда она медленно сползала в канаву, вырытую вдоль злополучной живой изгороди. Послышался приближающийся конский топот — это Джеффри примчался к месту падения Луизиной кобылки. Низкорослая лошадка уже встала на ноги, целая и невредимая, и Луиза приготовилась услышать презрительное замечание от Джеффри.
Джеффри взял лошадь Луизы под уздцы и поскакал к стоявшей по щиколотки в грязи незадачливой всаднице. К ее удивлению, он был очень встревожен случившимся, но, когда подъехал ближе, и их взгляды встретились, весело рассмеялся.
— Я почему-то считал, что упасть из дамского седла просто невозможно!
— А я и не падала. Я спрыгнула, когда поняла, что лошадь споткнулась, — бодро проговорила Луиза, наблюдая, как остальные охотники мчатся дальше. — Как вы думаете, больше сюда никто не придет?
— По той дороге, по которой мы с вами сейчас поедем, — никто. — Он легко спешился и направился к Луизе. — Я хотел, было спросить, как вы себя чувствуете, но вижу, вы уже оправились. — Он улыбнулся и протянул ей руку, чтобы помочь выбраться из канавы.
Боже, что стало с моим новым, таким роскошным нарядом! — подумала Луиза, глядя на свою измазанную одежду.
— Меня больше волнует лошадь, — сказала Луиза, опираясь на руку Джеффри. Несмотря на краткость прикосновения, она успела почувствовать тепло его сильных пальцев, согревавших ее ладонь даже через перчатку. — Мистер Редверс, вам бы лучше поторопиться, если вы хотите догнать кавалькаду охотников, — продолжала Луиза. — Я не сомневаюсь, что мне удастся найти запасную лошадь на привале для завтрака.
— Как?! Вы собираетесь остаться?! — недоуменно воскликнул Редверс, нахмурившись. — Да вы чудом остались живы!
— Ну, не я первая, не я последняя! Что бы было со всем миром, если бы при первой же неудаче люди отказывались от своих затей?
— Даже страшно подумать! — удивленно проговорил он, задумчиво глядя на Луизу. Она подумала, что должна бы извлечь некоторую пользу из этого случая с лошадью, но поняла, что не сможет этого сделать.
Луиза невольно загляделась на Редверса, и вдруг ей показалось, что мир замер. Не было никакой великосветской мишуры — ни надушенных записочек, ни бессмысленной болтовни. Она упала, он остановился и предложил свою помощь. И ничего больше.
Луиза не поверила своим глазам — железная выдержка и светская холодность Джеффри Редверса исчезли, как будто их и не было. С него словно слетела маска. Она молчала — слова были бы не в состоянии выразить сложную гамму чувств, которые переполняли ее душу. Луизе хотелось, чтобы молчание длилось бесконечно, но это затянувшееся ожидание было прервано громким карканьем ворон и звуками охотничьего рожка. Похоже, у Джеффри были другие намерения.
— А теперь, миссис Хескет, я предлагаю осмотреть вашу лошадь, а потом доставить вас к месту привала.
Сказав это, он подошел к Луизиной лошадке, которая мирно щипала травку вместе с его лошадью, и тщательно ощупал ей ноги и внимательно осмотрел копыта.
— Вы хоть понимаете, что если найдете другую лошадь, то застрянете на охоте на весь день? — осуждающе качая головой, спросил он менторским тоном.
— Зачем мне искать другую лошадь? Я возьму вашу, — категорически заявила Луиза. — Вы же не собираетесь бросить меня здесь? Это было бы не по-джентльменски! Кстати, если я возьму вашу лошадь, то, как вы выберетесь отсюда?
— Уж точно не на вашей.
— Совершенно верно, мистер Редверс. Я тоже считаю, что вам не пристало ехать верхом в дамском седле — ни в городе, ни в деревне!