— Да благословит вас господь, да хранит вас бог…
— Тебя тоже, дитя.
Джон повернулся и быстро зашагал по Пикка-дилли в направлении своего дома на Парк-лейн. Он почти слышал, как со стуком падает на чашу весов белый камешек…
Прошла бесконечно долгая неделя.
По-прежнему избегая поклонников, Изабель всякий раз ссылалась на головную боль. Она ни разу за все это время не видела своего опекуна, хотя газета «Тайме» ежедневно повествовала о его похождениях. Леди Аманда Стэнли была с ним в опере, а леди Люси Спенсер танцевала с ним бесчисленное количество раз на празднике, который она устраивала в своем городском доме. Хуже всего для Изабель было то, что Гизела все не появлялась, оставив девушку наедине с ее мыслями вдали от всего мира.
Наконец Изабель приняла решение. Начиная с бала у Дебре, она будет улыбаться всему миру и флиртовать со своими поклонниками; она собиралась также держать их всех на расстоянии до тех пор, пока не вернется Майлз. Тогда она уедет в Стратфорд и будет по-прежнему проводить время с Гизелой в тишине и уединении. Ее жизнь была такой спокойной, пока в ней не появился герцог Эйвон!.. Теперь понадобится много месяцев, чтобы избавиться от тревоги, которую он вселил в ее душу.
Ровно через неделю после спора с опекуном Изабель сопровождала герцогиню Тессу и леди Эстер на бал у Дебре. С ними, разумеется, отправились Дельфиния, Лобелия и Рут.
Спускаясь по ступеням лестницы в бальный зал Дебре, Изабель гордо подняла голову, решив, что на этот раз не позволит чувству неуверенности помешать ей.
Никогда прежде Изабель не была так хороша. Платье, сшитое из бледно-фиолетового индийского муслина с золотыми блестками, оставляло грудь почти открытой; рукава были очень короткими. Руки Изабель казались выточенными из слоновой кости. Волосы она уложила в классическую римскую прическу, собрав золотистые пряди в два узла на затылке.
Изабель знала, что выглядит не менее изысканно, чем остальные светские дамы. Так почему же они спокойны и уверенны, а она чувствует себя неловкой, робкой и беспомощной?
И тут Изабель поняла. Она могла одеваться, как они, могла пытаться вести себя так же, как. они, но в душе, в глубине сердца, она никогда не смогла бы стать одной из них.
Девушка коснулась своего золотого медальона, надеясь, что любящая душа ее матери поможет ей пережить и этот вечер, и все прочие вечера — до возвращения Майлза. Потом она вспомнила о герцоге Эйвоне. Что он подумает, когда увидит ее преображение из робкой дебютантки в изысканную леди? Почему ей так важно, чтобы он остался доволен? В конце концов, он всего лишь самоуверенный светский волокита!
Стоя подле леди Тессы и леди Эстер, Изабель оглядывала бальный зал. Взглядом она отыскивала Джона, но он еще не прибыл. Дельфиния уже танцевала с майором Граймсом, а Лобелия и Рут — со Спьюингом и Хэнкоком.
— Добрый вечер, ваша светлость, — раздался рядом с ней женский голос.
— Леди Монтегю! — проговорила другая женщина.
Обернувшись, Изабель увидела Аманду Стэнли и Люси Спенсер. Они улыбались вдовствующей герцогине и ее сестре, но взгляды их были прикованы к Изабель.
— Вижу, веселые вдовушки решили сегодня выйти на охоту, — проворчала пожилая леди.
Аманда и Люси вежливо улыбнулись, не желая вступать в перепалку с матерью герцога.
— Вы уже знакомы с подопечной Джона, Изабель Монтгомери? — спросила их герцогиня Тесса.
— Мы не были официально представлены друг другу, — ответила Аманда Стэнли.
— Но мы так много слышали о ней от ее сводных сестер, — ехидно заметила Люси Спенсер.
Изабель решила не поддаваться смущению и, улыбнувшись, сказала:
— Я уверена, что Лобелия и Рут сильно преувеличили мои достоинства.
Она отвернулась, показывая, что разговор окончен. Оказалось, нет ничего сложного в том, чтобы вести себя надменно и заносчиво.
В следующий момент Изабель увидела Николаса де Джуэла, медленно пробиравшегося к ней через толпу гостей. Ей удавалось избегать встреч с ним в Монтгомери-хауз, хотя он и появлялся там почти каждый день; но тогда она могла притвориться, что страдает головной болью, — а как ей избежать его приглашения на танец сейчас? Чувствуя себя загнанным зверьком, она с ужасом думала о том, что Николас будет прикасаться к ней, когда они будут танцевать: от одной мысли об этом ее мутило.
— Добрый вечер, ваша светлость… Добрый вечер, леди Монтегю, — поприветствовал Николас пожилых дам. — Добрый вечер, Изабель. Я не видел вас всю прошлую неделю. Мне вас очень недоставало.
Изабель заставила себя улыбнуться:
— У меня болела голова, Николас.
— Ну что же, сейчас, по крайней мере, вы выглядите совершенно здоровой. — Николас протянул ей руку. — Пойдем танцевать?
Неожиданно Изабель почувствовала чье-то присутствие. Обернувшись, она увидела графа Рэйпена.
— Простите, Николас. Мисс Монтгомери уже обещала этот танец мне, — сказал Уильям Гримсби и, переведя взгляд на девушку, прибавил: — Не так ли, миледи?
— Да, граф, — подтвердила Изабель. Она была рада избавиться от Николаса, к тому же ей было приятно, что ее приглашает на танец такой красивый и представительный мужчина.
— Зовите меня просто Уильям, — сказал граф Рэйпен.
— Тогда и вы зовите меня Изабель, — ответила девушка. — И благодарю вас за то, что избавили меня от необходимости танцевать с Николасом.
— Вам не нравится де Джуэл?
— Не особенно…