Учитывая, что существуют охотники за колбами, мои карманы невзначай могли быть опустошены ворами. Так что я решила, что ценный груз лучше перепрятать. НЛО Дирска показался мне самым надёжным сейфом: в него мало кто решится влезть. Да и кто догадается, что свои собственные драгоценности я храню в чужом шкафу?
Выбрав кустик погуще, я к его основанию прислонила 15 колб и распределила их поустойчивее между раскидистыми ветками. Это заняло немало времени, и Ане пришлось не раз окликнуть меня снизу, чтобы услышать в ответ: " Сейчас иду!"
Посмотрев на свою работу издалека, как художник на полотно живописи, я убедилась, что колбы спрятаны надёжно и ничто не выдаёт их местонахождения. Полив им не повредит, так как пробки в горлышках плотные; птички не разобьют, потому что даже если колбы упадут, стекло не треснет, ибо ляжет на мягкую почву.
Избавление от пузатых склянок, спрятанных в одежде, сделало мой облик похудевшим и гибким. Раньше из опасения растерять содержимое карманов я передвигалась прямо и неспешно. Теперь могла позволить себе быстроту и свободу. Ничто при ходьбе больше не позванивало.
Спустившись по оранжерейной лесенке, мы с Аней и Васей вновь очутились в золотой круглой комнате, которую недавно покинули, и стали ждать Старшого, не предпринимая попыток выбраться из НЛО самостоятельно, чтобы не заблудиться повторно.
Сквозь иллюминаторы первого этажа было любопытно наблюдать за тем, что происходило снаружи. Люди, вытирая натруженные руки о разлапистые листья влаголюбивых растений, принимали от Дирска коробки с провизией. Разгрузив один из отсеков, Дирск направился проверить прочность возведённых конструкций и вскоре, поблагодарив строителей за аккуратную и высококачественную работу, вернулся на борт корабля.
- Молодцы, что не вышли наружу! - одобрительно кивнул он нам. - Дисциплинированные и послушные члены команды всегда ценятся высоко. Идёмте за бананами!
После этих слов Дирск выдал нам шлёпанцы. Это была необычная обувь. К своим ногам мы должны были привязать подошвы-пружинки. Пружинное основание помогало поменьше соприкасаться с землёй в малознакомых районах, чтобы избежать нежелательной встречи со змеями, муравьями, трухлявыми остатками гнилого валежника. Ненароком наступив на что-нибудь гадкое, таящее в себе смертельную опасность, можно было с помощью пружинных подошв высоко отпрыгнуть и стать недосягаемым для жала и провала.
В этих сандалиях, привязанных к голеням шнуровкой крест-накрест до колен, мы вышли на воздух. Через заросли, казавшиеся непроходимыми, была проложена просека ровно по 25 меридиану. На ней были возведены антенны, а вырытые комья земли по обочине аккуратно сложены горками и залиты скрепляющим раствором. По ним уже активно бегала разная экваториальная живность, исследуя новообразование на возможность вырыть в нём укромную норку. Строители, закалённые солнцем и овеянные вдохновением труда, радушно приветствовали нас. Некоторые интересовались у Старшого перспективами космической затеи, другие продолжали что-то сверлить и выравнивать, издалека приветствуя нас поднятием ладоней. Но был один строитель, который упал от переутомления.
- Довезти Вас до дома? - спросили мы его.
- Не надо, - ответил тот. - Я должен остаться здесь и быть причастным к великому событию, которое бывает раз в жизни.
- Тогда восстановите силы вот этим. - Старшой протянул две ампулы (я уже знала, что первая - с амброзией, а вторая - с розовым маслом). - Нанесите жидкости поочерёдно на мочки ушей.
Строитель выполнил рекомендации и кожа его мгновенно разгладилась, а на лице не осталась ни следа усталости.
- Он теперь приобрёл бессмертие? - спросила я.
- Почти.
- Не совсем?
- Нужны ещё три условия.
- Какие?
- Три точки опоры. Я о них говорил.
- Ничего себе! - присвистнул строитель. - Так быстро и просто?
- Очень просто, - уточнил Вася. - Чтобы стать бессмертным нужна самая малость: три капли и три опоры. Только сначала нужно слетать на Марс за гранулами вечной молодости, найти их там, невзирая на бури, благополучно вернуться на Землю, превратить гранулы в раствор, полученную амброзию распределить по ампулам, затолкать миниатюрные упаковки в мандариновые сады, дождаться, пока оранжевые фруктовые контейнеры высохнут до степени каменного стука, запрятать получившиеся твёрдые шарики в сухое место и выдерживать там несколько тысяч лет для завершения химической реакции. А затем не забыть перед использованием запастись флаконом розового масла.
- Розового масла у нас на планете полно!
Естественно, подтвердил Старшой. - Мы в былые времена позаботились об этом. А то первоначально приходилось лететь на Марс за минералом здоровья, на Землю - за водой, а в созвездие Волосы Вероники - за розами. Умаялись.
Мы, все присутствующие, с немой мольбой посмотрели на Старшого, желая намекнуть на то, что надеемся стать обладателями тайны местонахождения древних мандариновых садов, в которых амброзия уже наверняка прошла необходимые стадии реакций и готова к использованию. Нас вполне заслуженно можно одарить подобными знаниями. Мы ведь всё-таки не совсем чужие инопланетянам...
- Как только завершим процесс восстановления погоды, - словно прочитал наши мысли Старшой, - тотчас отведу вас к горной гряде Атлас, а затем, если понадобится, - и в Китай. Где-нибудь да остались гесперидо-тайники с доисторической амброзией.
- Ах, это не очень скоро, а я тороплюсь домой, - отказалась Аня.
- Я летать не люблю. Меня укачивает, - виновато сконфузился один из строителей.
- Я тоже соскучился по родному краю, - присоединился к группе отказавшихся Вася.
- Вот так-то, - засмеялся Старшой. - Опять землян никак не уговорить превратиться в бессмертных.
- А Вы нам рецепт продиктуйте. Кто надумает, воспользуется...
- Рецептов три. Первый: как раствор изготовить. Второй: как пребывать в хорошем настроении, ибо амброзия через поры кожи усваивается лишь при абсолютном покое (если нервная система не захочет, то никакого лекарства не впустит). Вы же знаете, что в коже располагаются нервные окончания... Третий: как бессмертному жить среди обычных сограждан.
- Фу ты, ну ты! Замысловатая схема ожидания вечности. Вот что такое шанс стать бессмертным, - сказал Вася и сделал шаг к Дирску, чтобы помочь ему заново упаковать распечатанные ампулы с оставшимся эликсиром бесконечной жизни.
Пружинная подошва Васиной сандалии отреагировала на его шаг сжатием своего механизма, резко разжалась и подбросила Васю чуть ли не до верхушек деревьев, затем, перекинув ошеломлённого парня через ветви, швырнула в заросли цветов.
Я и Аня бросились Васе на выручку, но вместо бега совершили полёт и очутились гораздо дальше Васи. Так с нами обошлись сандалии. Если к их пружинам применялась обычная человеческая сила, получался громадный прыжок в пространство.
Пришлось мне произвести несколько неудачных прыжков, пока я не приноровилась к эффекту космической обуви. Вскоре мне понравилось перепрыгивать через деревья подобно гигантскому кузнечику.
Вчетвером - я, Старшой, Аня и Вася, - делая при помощи пружинной обуви семимильные шаги, мы быстро помчались вскачь сквозь джунгли и внезапно выскочили на банановую плантацию.
Собиратели бананов опешили, увидев вылетевшего из-за верхушек деревьев зелёного мужчину. Волосы Дирска выбились из-под повязки и торчали в разные стороны, как рожки. Кусок зелёной обмотки ослаб от интенсивного движения и, оторвавшись, болтался сзади наподобие хвостика.
Испугавшись непонятного существа, банановые работники разбежались врассыпную, оставив нам на съеденье жёлтые каскады лакомства, гроздьями свисавшего до земли.
Натрескавшись, мы развернулись обратно и, тремя прыжками достигнув леса, скрылись в чаще. При виде нас джунгли падали в обморок. И хотя зелёным из нас был только Дирск, мы тоже производили ещё то впечатление! Повязки на пол-лица у нас устрашающе не моргали чёрными овалами. Наверное, встречные думали, что у нас глазищи такие - от уха до уха. А мы невзирая ни на что прыгали и прыгали. Эх, хорошо-то как было ощутить состояние полёта! Вспомню - дух захватывает.