- Вы, земляне, - просто чудо! Хорошо, что вы понимаете, какого усиленного внимания требуют к себе леса, растущие на горных склонах. Ведь на них часто обрушиваются снежные лавины с вершин. А когда лавина ломает деревья, тогда только лесовосстановительные работы могут исправить последствия буйства стихии.
- Здесь ежегодно высаживается десять гектаров леса.
- Планету можно оставлять на вашу цивилизацию. - Вокруг глаз Старшого разбежались морщинки. Инопланетянин улыбался.
Призывный звук трембиты пригласил нас в долину. Там, завершив строительные дела, сельчане готовились ко всепланетному празднику. Столы украшались вазами, а костюмы расшивались стразами и тесьмой. Старшой активно включился в общую суматоху и был поглощён ею настолько, что не хотел расставаться с гостеприимным и трудолюбивым народом.
Мы с Аней и Васей долго-долго ждали под крылом воздухолёта нашего пилота. А в небе кружился золотой диск. Он не сбрасывал пурпур, потому что ждал распоряжения. Но мы знали: сигнал от командира поступит не скоро.
Взывал обратить на себя внимание и "Золотой Бутон". Только когда наша небесная колесница благополучно продолжила полёт, Старшой отреагировал на писк коммуникационного устройства. Проявившееся на экране сообщение человека в широкополой шляпе гласило:
- Принимайте новую песню. Вот слова и музыка.
Далее шли стройные ряды нотного стана.
Старшой, предоставив управление полётом Васе, сосредоточенно переносил текст в тетрадь, а мы с Аней любовались видами из иллюминатора. Под НЛО сменяли друг друга незабываемые пейзажи. Трассы горнолыжников то и дело уступали место извилистым тропкам, петляющим среди озёр.
Миновав берега разнотравья, где туристы рубили ветки и жгли костры, мы приземлились около фермерского поля, однако идти наискосок не решились: большая пасека остановила нас. Но даже издалека было видно, что 25 меридиан ценой титанических усилий был отмечен стрелой натянутых проводов. Стена возведённых антенн на бетонированных подставках и аккуратно спрессованные пласты выкопанной почвы тянулись через пологие возвышенности, сосновые боры и просеки. Завораживающий ландшафт приглашал на прогулку, и мы, обогнув пасеку из соображений безопасности, оказались вблизи населённого пункта.
Местных жителей нисколько не коробил облик Дирска. Здешний народ с детства привык к деревянным игрушкам в образе человечка с рожками и хвостиком. Так что каждый встречный был рад прибытию с неба "живой куклы" и с азартом добивался получения от неё автографа. Раздав подписи, Старшой исполнил ещё одну просьбу детворы и, покатав на воздухолёте, подарил ребятам "Золотой Бутон". Пусть малышня будет в курсе событий Вселенной.
После трогательных прощаний и польки, которую в паре с Дирском норовил исполнить каждый, мы, получив дивные фотокарточки с места тёплой встречи, вновь взлетели к облакам.
Следующая наша посадка производилась в долине неизвестной речушки. Та мы наблюдали, как космические видоизменяющиеся машины складывали свои сегменты, постепенно преображаясь в столы. Как только агрегат заканчивал свои почти сказочные превращения, на него из-под облаков падал тюк с пурпуром.
Впереди нас ждал опасный отрезок маршрута. Через три часа мы были на подступах к верховым болотам. Тут совершать посадку было рискованно, так как опоры воздухолёта могли увязнуть в жидкой хляби.
- Рельеф местности остался неизменным со времён ледникового периода, - заметил Старшой, - карсты, пещеры... Узнаваемые очертания.
- Всюду цветы, грибы, ягоды, зайцы, бобры, олени, - ахнула Аня, - обязательно сюда на экскурсию приеду.
В районе национального парка сверкало много радиовышек и золотых птицеподобных машин. Это воздухолёты из скифатрия, которому выпало приземляться в северном полушарии, раскинули свои крылья. Они прилетели на помощь людям, сооружавшим технологическую основу для фестиваля. В непростых условиях трудились энтузиасты. Холод и комарьё донимали каждого. Благо у нашего напарника остались неизрасходованные покрывала. Все излишки были сброшены строителям.
Продрогшие люди укутались в древние ткани и включили музыку. Старшой воспользовался этим моментом и проверил звук по всей обустроенной протяжённости меридиана. Линия связи осуществляла приём сигнала отлично. Мигающие огни НЛО радостно озарили пространство и продуктовый груз, подобно стае мотыльков, спустился на маленьких парашютиках.
Полёт продолжился. Почти приблизившись к оконечному отрезку меридиана, мы приземлились около двора, где жители готовили помещение для просушки зерна. Хозяин пригласил нас в гости. Мы направились к дому. Впереди синело море. Стая из 60 лебедей играла над волнами: садилась и тут же взлетала, превращая горизонт в сплошную белоснежную круговерть.
Домик, в который мы вошли, оказался весьма уютным: в нём поражали чистотой просторные сени, с любовью выкрашенная кладовочка, пёстрый мякинник и отапливаемая жилая комната. Вечером из моря вернулись рыбаки, с головы до ног блестевшие от налипшей рыбьей чешуи. Отогревшись, они угостили нас ухой, в которой мы уже знали толк, и вызвались проводить до участка, где завершалось строительство линии передач.
- Мы не очень верим в затею восстановления климата, - сказал кто-то из них.
- Это нормально, - ничуть не смутился Старшой, - иметь другое мнение.
- Да, - поддержала я инопланетянина, - по статистике единомыслия достигнуть нереально. Всегда так бывает, и цифры держатся на постоянном уровне: мороженое в стаканчике покупают 45% населения, а эскимо - 3о%.
- Необъяснимые ассоциации, - засмеялась Аня, - мороженое вспомнили.
- Вполне объяснимо, - вмешался Вася, - кругом такой колотун, что мороженое само на ум идёт.
Наутро мы отправились искать объекты фестиваля пешком, так как с высоты ничего не было видно из-за распространявшегося от северного моря густого тумана. Старшой, чтобы не замёрзнуть от промозглого воздуха, натянул поверх зелёной обмотки куртку и стал выглядеть вполне по-человечески. Мы с Аней и Васей тоже потеплее укутались в срочно купленные в ближайшем бутике свитера (с южноафриканского берега не прихватили шерстяных вещей - думали, везде будет тепло; а меридиан вывел нас в суровую реальность, где про сарафанчики и шортики пришлось забыть).
Ветер иногда развевал туман в клочья, и в образовавшиеся прорехи виднелся изумительный Финский залив, чья кромка была изрезана причудливыми бухтами. На мелководье, как стражи, возвышались валуны, взгромождённые здесь неведомой силой.
- Моя работа. - Старшой похлопал самый большой валун по крепким бокам.
- Прочно установлен, - изрекла я комплимент, скептически сравнивая размеры камня и человеческой руки.
- Космические машины помогали, - уловив интонацию сомнения в моём голосе, пояснил инопланетянин. - Брали вон оттуда и ставили вот сюда, чтобы укрепить береговую линию. То же самое придётся сделать на планете в туманности Андромеды.
- Везёт же андромедианцам.., - вздохнула Аня. - К ним такой помощник прилетит!
- А я когда? - поинтересовался Вася.
- А ты отправишься в созвездие Андромеды, когда группа СЛЛдННдМУ вернётся с Марса.
- Вместе веселее, чем одному.
- А я одна на Марс слетала, и ничего! - похвалилась я.
- На один земной год любой сможет. А тут световой год. Даже все сорок четыре. Это лететь туда, где жёлто-белая звезда?
- Обрадую: да. Это гораздо ближе, чем галактика NGC 7662. Ерунда - 4000 св. лет.
- Вася - бессмертный? - Мои зрачки расширились от удивления.
- Вроде как...
- То есть?
- Ну, амброзия на Земле не усваивается организмом в полной мере: здесь для неё слишком плотный воздух. Зато Голубая планета - лучшее место для консервации и хранения. Добывается амброзическое вещество на четвёртой орбите, изготавливается на третьей, а применяется на пятой.