Признаться, я был очарован этой схемой — финансовой алхимией на наивысшем этапе развития. Но в только что сказанном кроется небольшая закавыка: отличить настоящее золото от фальшивого очень легко. Регулирующие органы даже в Японии обладают достаточным опытом, для того чтобы схватить за руку инвестора, решившегося на столь простой фокус, поскольку они в состоянии раскопать, что цена каждой половины содержимого горшка не «в среднем» 50 долларов, а 90 и 10 долларов соответственно. Другими словами, они могут сказать: «А половина горшка-то наполнена фальшивым золотом!»
Значит, инвестору требуется построить более запутанный лабиринт, выход из которого — все там же, но контролирующие органы найти его не смогут. Вот именно в качестве инженера-лабиринтостроителя японцы и пригласили Morgan Stanley с производными наперевес.
Как и перед множеством других сделок с производными, сотрудники спорили, кто даст кредит на реализацию столь сложной идеи, позволяющей японским институтам показать миллиарды долларов в качестве квазидохода. Ясное дело, я под эту махинацию кредита не просил, и даже не хотел. Работать в этом направлении начали еще до моего появления в фирме, так что я чист, как ангел. Но кто бы ни разрабатывал все детали, традиции были соблюдены: бумаги наградили душераздирающей аббревиатурой.
Я уже упоминал патологическую страсть Morgan Stanley к аббревиатурам, обостряющуюся в период эмиссии производных. Бумагам, о которых ведется речь, присвоили имя AMIT — полный кошмар, как и любая другая аббревиатура. Когда-то давно буквосочетание AMIT означало American Mortgage Investment Trust (Американский траст ипотечных инвестиций). Первая (first) серия тех бумаг получила название FAMIT (Первый американский траст ипотечных инвестиций). Название понравилось. По аналогии бумаги второй (second) серии стали именоваться SAMIT, третьей (third) — TAMIT. И даже тогда все было бы хорошо, следовало только вовремя остановиться. Столь блестящая идея приказала долго жить, потому что название бумаг четвертой (fourth) серии оказывалось таким же, как и первой. С точки зрения доходности сделка с AMIT стала лучшей за все время существования Morgan Stanley, с точки зрения выбора названия — катастрофой. Бумаги четвертой и пятой (fifth) серий не могли быть тезками бумаг серии первой, а шестой (sixth) и седьмой (seventh) — тезками второй. Восьмую (eighth) серию следовало бы назвать EAMIT, но произнести это буквосочетание никто не брался. Систему похоронили с почестями. В конце концов, работающие в фирме великие называтели капитулировали, и бумаги стали именоваться либо просто AMIT с добавлением номера, либо совершенно по-другому.
Об AMIT не только во всем Morgan Stanley, но и в ГПП знали единицы. Первая серия завершилась 14 февраля 1992 года. Стомиллионная сделка принесла практически без труда почти два миллиона долларов дохода. Множество клиентов жаждали быстрых и легких денег, и конец года группа встретила закрытием 14 AMIT, хотя, быть может, несколько порядковых номеров и пропустили.
Следующий год прошел еще лучше. Менее чем за месяц, в самом конце 1993 финансового года, фирма закрыла сделки с AMIT на несколько сотен миллионов долларов, в том числе пять из них—с сериями от 21 до 26—в один день, 11 марта. Сделка с еще одним членом семейства AMIT — бумагами Santos Securities Trust, названными так в честь бразильской футбольной команды «Сантос», за которую играл Пеле (японцы оказались фанатичными болельщиками), была закрыта 15 июля 1993 года. Объем сделки составил 241 миллион долларов, а гонорар — четыре миллиона.
В 1994 году спрос на AMIT несколько снизился. Вместо них ГПП продавала японским клиентам производные возникающих рынков, в том числе PLUS. И вот, в конце февраля 1995 года, после краха Barings, вновь настало время AMIT.
Пришла пора объяснить читателю некоторые связанные с AMIT нюансы — объяснить так, как их понимаю я. Ну, прежде всего, в группе производных бумаги эти называли Shamit (позор) или Scamit (жульничество). Принципиального различия между этими бумагами и смешиванием настоящего и фальшивого золота вы не найдете, хотя человек, к банковским играм непривычный, в это, быть может, и не поверит. Кстати, вот вам одна из причин популярности AMIT; очень уж ловко была спрятана их истинная природа. Когда мне рассказали о сделке в общих выражениях, я тоже в ней не разобрался. Понимание пришло потом, с узнаванием подробностей, уже гораздо позже моего ухода из фирмы. Итак, соберитесь. Понять что-нибудь в схеме сделок довольно сложно. Но неужели вы думаете, что одно из крупнейших мошенничеств за всю историю существования инвестиционных банков может быть простым?