ости в предательстве Петтигрю, зато призывали к разбирательству после поимки Блэка, так сказать в виде «очной ставки». Вдобавок, Ремус готов был чем угодно поклясться в подлинности Питера Петтигрю, если тот не соизволит заговорить. Дальше, внезапно для всех, прямо в зале приставы подошли к Рональду Уизли, который сидел бледный с самого превращения «Коросты», и заставили его подтвердить, что крыса действительно прожила в его семье одиннадцать лет и ни разу не пропадала. Слова тут же были занесены в протокол. Но Петтигрю молчал, и Северус шёпотом грозился отправить в него «круцио» прямо из зала, если Фадж будет бездействовать. - Выведите детей, - воскликнул Снейп, наконец, - если они мешают заседанию, пусть покинут зал. - Мистер Снейп, - ехидно заметила дама в розовом, - Вы уже брали слово, дайте же теперь высказаться другим. Свидетели защиты? Таковых не нашлось, и Долорес отошла посовещаться с Фаджем. «Как же справедливое министерство явит народу такой суд, где нет никакой защиты?» Фадж провозгласил: - Давайте займемся нашим вторым делом, чтобы рассмотрение не затянулось до ужина, - и, под бурные аплодисменты на последнюю фразу, снова уступил место Амбридж. Дама зачитала лист обвинений Блэка, и вызвала в зал начальника тюрьмы Азкабан. Смотритель, заикаясь, подтвердил всё, что Нина с профессором уже читали в «Пророке»: ничего не знает, не помнит, и какая-то здесь диверсия... - Я... вот что вспомнил, когда мне в Мунго память-то чинили, - сказал вдруг мужчина, - приходили тогда забирать нового пленного, Хагрид, кажется, фамилия его. И эта ещё там была, жена Блэка. Уж не помню, что говорила, но помню точно, сказал ей «миссис Блэк». Нина, чтобы скрыть дрожь в пальцах, вцепилась ими в край своей мантии. Уловила она так же и то, что Северус стал заметно бледнее при своём каменном выражении лица. Следом в зал вошли стражники. Вошли и сразу же опознали сидящую в первом ряду парочку со вскриком: «Так вот же те, ну, что были там! Они приходили, когда Блэк сбежал! Ещё бумагу со Школы принесли...» Нина вздрогнула, её сердце вместо того, чтобы биться где положено, казалось, падало вниз, ударяясь о каждое ребро по очереди, и так же возвращалось на место. Но Снейп уже поднялся и вышел к кафедре. - Подтверждаю, что в день побега я, Северус Тобиас Снейп, и мисс Нина Норден посещали Азкабан по поручению директора, - размеренно начал профессор, - это не является секретом, и я не понимаю столь бурных эмоций на этот счёт. Мы попали туда через портал, выданный директору при аресте нашего лесничего для дальнейших разбирательств. Обратно мы вернулись по трансгрессионному свитку вместе с Рубеусом Хагридом. Министр, вот этот свиток, - Снейп достал и развернул бумагу с жирной цифрой три и колдопечатью. - По правилам министерства, - подчеркнул зельевар, - по этому свитку не мог переместиться четвертый человек, кем бы он ни был. Так же, могу Вас заверить, что мы покинули крепость до побега Блэка. Упоминание «правил министерства» заставило Фаджа рассеянно кивнуть. Подлинность колдопечати так же не вызывала сомнений. - Простите, а Вы не могли бы уточнить личность этой самой мисс Норден? - спросила Долорес. - Мисс Норден - заместитель декана факультета Слизерин и лаборант Школы Хогвартс, - спокойно ответил Снейп. - Стало быть, Ваш заместитель. Но к нашему делу она отношения не имеет? - переспросила дама. - Разумеется, нет, - ещё спокойнее ответил Снейп, и Нина позавидовала его выдержке. - А Вы сами ранее выступали с обвинениями против беглого Блэка? - испытующе взглянула на профессора Амбридж, помечая что-то в блокнотике. Тоже, кстати, розовом. - Эта нелепая ошибка произошла по причине недостатка информации. Если Сириус Блэк будет оправдан, я готов принести ему свои извинения, - предельно тактично сказал Снейп, словно подталкивая министров в сторону верного решения. - Позвольте, мистер Снейп, - ответила дама, - но у министерства есть сведения, что Сириус Блэк встал на сторону некой группировки, зовущей себя «пожиратели смерти», и, хотя она была разбита министерством в первой магической войне... «Министерством, как бы не так», - фыркнул про себя Снейп. - ...но многие выходцы продолжают разрушительную деятельность. Нам так же известно, что Вы долгое время входили в эту организацию, и, возможно, относитесь к ней и сейчас. Нина снова вздрогнула. По залу пробежало волнение. Но Снейп с ледяным спокойствием пространно заметил: - Позвольте, миссис Амбридж, но если у министерства недостаточно сведений о моей персоне, могу уточнить, что являюсь преподавателем Школы. Разве могло министерство допустить меня к такой работе, если бы сомневалось? Амбридж хотела что-то возразить, но это могло указать лишь на ошибку министерства, либо сейчас, либо много лет назад, и противная дама захлебнулась своими мыслями. - То есть, Вы допускаете свою ошибку по отношению к Сириусу Блэку? - перевела тему женщина. - Разумеется, допускаю, - сквозь зубы ответил Снейп. - Но я могу предположить, что министры сейчас окажутся проницательнее меня и вынесут правильный вердикт. - В зале одна Нина могла знать, как трудно ему это всё говорить. - Что Вы можете сказать о местонахождении Блэка? - внезапно спросила дама в лоб. - Вы издеваетесь? - с усмешкой ответил Снейп вопросом на вопрос. - Откуда я могу это знать? Может, ваш Блэк утонул рядом с крепостью, - фыркнул он. У Нины даже почти перестали трястись руки, так уверенно говорил её декан, пока она представляла себя за кафедрой, - как нелепо терялась бы и подыскивала слова дрожащим голосом. - Мистер Снейп, а Вы не заметили ничего странного на территории крепости, других гостей, возможно? Смотритель упоминал некую «миссис Блэк», хотя министерству известно, что Сириус Блэк женат не был. - Понятия не имею о его личной жизни, - равнодушно сказал Северус. - В Азкабане мы только освободили Рубеуса Хагрида. Министр, не мешая расспросу-допросу, подвёл к Снейпу смотрителя и тот промямлил: - Ну да, этот кажется забирал нового, да, высокий, черный, ещё в капюшоне был... Да, я б тогда точно узнал... - Мистер Снейп, будьте любезны надеть капюшон, - обратилась к нему Амбридж, помогая стоящим рядом коллегам. - Как видите, министр, у моей мантии нет капюшона, но факт посещения крепости я уже подтвердил, - ответил Северус, но его лаборантка всё равно порадовалась, что он здесь в рабочей мантии, а капюшон был у его дорожной одежды.