Утром Нина поняла, насколько правильно было воспользоваться магловским устройством для пробуждения, - никакая магия, наверно, не заставила бы её вырваться из сладких грёз и объятий профессора, но маленькая жестокая машинка настойчиво звенела, пока Снейп не дотянулся до комода. Для этого, увы, пришлось подняться. - На завтрак идём? - сонно спросил он свою лаборантку, и она пробурчала: - А мы хотим есть? Выяснилось, что не очень, и будильник был переставлен на час вперёд. Уроки прошли незаметно, в перерывах зельевары пили крепкий бодрящий чай, обмениваясь нежными взглядами, но каждый думал о своём: Нина с ужасом и болью осознавала, что справедливость всегда трагична, и такая сказка едва ли вообще могла случиться, что уж мечтать о том, чтобы она не закончилась. Снейп же, скорее всего, размышлял о грядущих переменах в собственной жизни, переменах, которым противиться не намерен, но... готов ли принять их?
- Северус, а... существует отворотное зелье? - спросила девушка, когда они добрались до постели после довольно тяжёлого дня: пришлось разбираться с пришедшими из министерства поправками к учебной программе, переделывать план практических занятий полностью (разумеется, Северус не собирался отказываться от своих методик, но министру нужны были иные документы). Дальше мадам Помфри подкинула работы, - ей катастрофически не хватало даже простых зелий, а студенты взялись активно получать травмы на тренировках или уроках Хагрида. Да к тому же Северус за последние дни слишком часто напоминал о себе, - как правило, врач толком видела его не чаще раза в год на медосмотре, пополнять её запасы лекарств он почти всегда умудрялся незамеченным. - Зачем тебе? Уже разочаровалась в грозе подземелий? - мрачно усмехнулся он. - Нет. Я долго пытался его создать. - А изобрести его возможно? - Нина... я не очень тебя понимаю, - нахмурился мужчина. - На риторические вопросы это не похоже, на излишний интерес к науке... тем более. Да и время неподходящее, - он взглянул на будильник, - скоро полночь, а я и вчера не выспался. - Ты можешь просто ответить? - улыбнулась Нина, прижимаясь к нему. Можно подумать, она вчера успела выспаться. - Разве я не ответил? Уж если я не сумел изобрести его до сих пор, то, наверное, это не слишком просто? - он обнял девушку, устраиваясь поудобнее, - давай спать? - Да... пожалуй, - Нина закрыла глаза с грустной улыбкой. - Ну что ещё? - полусонным голосом спросил Северус, будто уже начал видеть сны. А он ведь совсем недавно начал их видеть, - до начала его счастливой личной жизни приходилось каждый вечер принимать зелье без сновидений. - Ничего... - Я же слышу, - вздохнул он. - Пусть лучше всё это останется в «сегодня». Кого ты там собралась поить отворотным зельем? - Тебя, разумеется, - ответила она тем же шутливым тоном, каким был задан вопрос. Но, увы, девушке было не до шуток. - Что ты хочешь сказать? - он открыл глаза и даже приподнялся на локте, чтобы встретиться с ней взглядом. - Северус... - Нина потянулась ладонью к его лицу и нежно провела пальцами по щеке, - я... хочу быть твоей, всю жизнь, но... - Неужели ты думаешь, что после всего, что между нами происходит, у меня есть возражения? - спросил он с той же заинтересованной интонацией, но взгляд стал заметно серьёзнее, - Нина, я с тобой... счастлив, - добавил он в ответ на её молчание и наклонился к её губам. Нина проклинала себя за то, что не может открыть ему свою с каждым днём всё более пугающую тайну, ненавидела свою слабость и безволие, да еще и жалела о потерянном времени: да, они думают о сборе крестражей. Но линия действий у них не слишком четкая, да и работы кроме этого хватает. На следующий день Снейпа вызвали в министерство в отдел образования до уроков, - отчитываться по новой программе, отправленной вчера совой, ещё и без печати директора. Северус к тому же указал в учебном плане свою лаборантку, и её фамилия в качестве соавтора вызвала немало вопросов у издателей министерских пособий, которые зельевар из года в год просто выбрасывал. Вызов был настолько срочный, что за деканом явился через камин директора какой-то робеющий секретарь, ведь сова могла лететь целый день. Занятия Нина провела одна, но практиковаться не рискнула, хотя ученики, - полюбившиеся ей гриффиндорцы, - просили наварить чего-нибудь, пока профессор не узнает.