Только так я могу…
— Нанель.
В Империи так не принято.
Вернее — принято.
Но…
Я запуталась.
Вообщем…
Обмен любезностями должен быть…
Должен быть обменом.
Чтобы две хотели.
— Фифи! — Она проговорила.
С трудом произнесла моё имя.
Не привыкла называть рабыню по имени. — А ты не хочешь?
— Нуууу.
Как сказать.
Хочу, но не так.
— Тогда скажи, как.
Я всё сделаю.
— Вот этого не надо.
ДЕВУШКА ДОЛЖНА БЫТЬ СВОБОДНОЙ.
Всегда свободная.
Поняла?
— Как же рабыне прожить без хозяина?
— Йа.
Я научу тебя.
Как рабыня должна прожить без хозяина.
Нанель…
— Фифи…
Расскажи.
Откуда ты.
У вас дикие понятия.
— Это вы — дикие!
Дикари.
Об Империи я расскажу тебе потом.
Сейчас у нас мало времени.
Я лишь коснусь.
Коснусь темы.
— У вас рабыни все с именами?
— У нас нет рабов.
И рабынь нет в Империи!
Империя — самое лучшее, что придумала Вселенная!
У нас рабыни…
И рабы…
Как бы по своему желанию.
Например, девушка выходит замуж за старика.
За очень богатого жениха.
Выполняет его желания.
Как бы рабыня.
Но…
Старик должен девушку за это содержать.
Выполнять её капризы.
— Муж становится рабом своей жены?
— В точку! — Я засмеялась. — Раб и рабыня живут вместе.
ДЕНЬГИ ПРАВЯТ ДЕВУШКАМИ, ДЕВУШКИ ПРАВЯТ МУЖЧИНАМИ.
— Мы пришли, — Нанель посмотрела на меня.
Робко смотрела. — Здесь мы добываем корешки. — Развела руками.
— Вижу.
Поляна изрыта.
Зато речка рядом.
Чистая. — Я забежала в воду. — Как прекрасно!
Водичка тепленькая.
Надо смыть с себя грязь.
Грязь во всех её смыслах.
— Что ты делаешь?
Фифи! — Нанель распахнула глазища.
— Купаюсь!
Иди ко мне!
— Нам нельзя.
Рабыням нельзя купаться!
— Нельзя купаться?
А мудрец Ханыманский — другого мнения.
Ему нравится, когда я чистенькая.
Он за мной наблюдал.
Всегда наблюдал.
— Мудрец Ханыманский — странный.
— Вы, вообще, не моетесь?
Нанель.
Но ты выглядишь чистенькой.
— Моемся.
Но тайком.
Из ковшика.
Чтобы никто не увидел.
А купаться нельзя.
— Почему?
Почему нельзя купаться?
Я же купаюсь.
— Потому что купание — только для мужчин.
Женщины купанием загрязняют воду.
— Ого! — я лежала на спинке.
В воде. — Дикари!
А какая у вас идеология! — Я подплыла к берегу.
БЕРЕГ — МЕСТО ВСТРЕЧИ ВОДЫ С ДЕВУШКОЙ.
Вышла из речки.
Подошла к Нанель.
— Да, Фифи!
— Я тебе кое-что расскажу.
И покажу.
Только войди в речку.
— Не пойду!
Нельзя рабыням.
— Ну, не хочешь — как хочешь! — я ответила безразлично. — Смотри!
Жук!
Необыкновенный!
— Где? — Нанель вытянула шею.
— Вон же.
Гляди.
— Не вижу.
— Присмотрись, — я дождалась.
Нанель наклонилась.
Я поймала момент.
Обхватила Нанель за талию.
И…
Затащила в воду!
— Йа! — Нанель была в ужасе.
— Терпи.
ВОДА ДАЕТ ЖИЗНЬ.
Если боишься, то не рассказывай никому.
Хорошо?
— Необычно! — Нанель пролепетала.
— Сейчас я буду тебя мочалить, — я сорвала пучок травы.
Водяной травы.
И начала тереть бедра Нанель. — Трава ароматная.
Ты будешь благоухать.
— Нам…
Рабыням нельзя благоухать.
— Тогда вываляешься в грязи.
Когда пойдем к своим норам.
А сейчас?
Нравится? — Я продолжала растирать Нанель. — Эй!
Нанель!
Что с тобой?
Почему молчишь?
Тебе плохо?
— Хорошо.
Мне… — Нанель пролепетала.
Она дрожала.
Глаза закрыты.
Груди налились.
Соски затвердели.
По телу Нанель пробежала волна.
Затем — вторая.
Нанель изогнулась.
Сдавленный стон вырвался из неё.
— Ого!
Какая ты.
Быстрая! — Я засмеялась. — Я даже не подозревала.
— Не говори, — через минуту Нанель выдохнула. — Это плохо.
Нам нельзя.
Рабыням нельзя.
— Ну да, ну да.
Рабыня нельзя расслабляться.
Всё нельзя.
Я уже поняла! — Я поцеловала Нанель в щечку.
Как подружка подружку.
Нанель смотрела на меня.
Изумление плескалось в её огромных глазищах.
ИЗУМЛЕНИЕ И СТРАХ ИДУТ РУКА ПОД РУКУ.
— Фифи! — Нанель прошептала. — Я должна тебя отблагодарить!
— Опять? — Я засмеялась. — Я же уже всё тебе объяснила.
Ты никому ничего не должна.
— Да.
Тогда должна была.
А теперь не должна.
Но я хочу… — Нанель протянула ладонь.
— Надо же, — я выползла на берег через десять минут. — Видно, что я застоялась.
Так остро было.
Как никогда.