Глава 6
Александр вернулся домой через 2 дня после того, как мы виделись с ним последний раз, и то только потому, что одежда его нуждалась в стирке, а сам он был изможденный и опустошенный. После всех гигиенических процедур он стал похож на нормального человека.
Тогда мы начали с ним общаться и рассказывать друг другу, как провели посленовогодние дни. Мне особо рассказывать было нечего, он и так был в курсе того, как я провела время. Он же поведал мне о том, как весело и безрассудно они оторвались с приятелем. От его рассказов что-то тяжелое и неприятное стало подниматься из глубин моего нутра и подкатывало тошнотворным комом к горлу. Он стал красноречиво описывать, как после базы они с Эдом вдвоем продолжили свои гуляния в клубах и саунах с проститутками (назвать их иначе у меня не поворачивается язык).
Более всего меня занимало его повествование о том, каким фантастическим сексом он занимался со стриптизершей Юлей в бассейне. Что-то невероятное она вытворяла с моим мужем, и мне на память пришли кадры из фильма «Шоу гёлз» Пола Верховена, просмотренного мною ещё в юности, где главная героиня довела одного из героев фильма до неистового взрывного оргазма в бассейне, используя танцевальную пластичность своего тела. Я почувствовала укол ревности и отвращение.
В отличие от Алекса меня не заводило наличие у него других женщин, а напротив, отталкивало. Я чувствовала, что он становится для меня чужим, и чем больше он от меня гулял, тем холоднее я становилась по отношению к нему.
Холодные зимние дни летели, Алекс продолжал вести себя в том же духе и становился мне все противнее. В один из таких дней я не выдержала и высказала ему напрямую, безо всяких намеков, как мне надоели его пьянство и измены.
- Я тебе не изменяю, - враждебным тоном возразил он. – Я ничего не скрываю, ты знаешь, что я встречаюсь с женщинами. И ты, кстати, тоже спишь с другим! – едко добавил он.
- Да, но в отличие от тебя, я не знаю, с кем спишь ты! У меня только твой друг Стас и ты во всех подробностях знаешь, когда мы с ним встречаемся, как долго длится наша связь, и когда я вернусь домой! Я и шагу без твоего разрешения не делаю! Мне же приходиться довольствоваться только той информацией, что у тебя кто-то есть, а все остальное скрыто за семью печатями. Я хочу знать, что это за Юля у тебя была? Сколько ей лет, как она выглядит? Что за Аида, о которой ты мне ничего не рассказывал?! А кто эта Элина?? Ты хотя бы предохранялся?
- Хватит! – не выдержал он, - конечно предохранялся! Я из ума еще не выжил в отличие от некоторых…
- О ком это ты? – возмутилась я.
- О твоем любимом Станисе, вот он никогда не предохраняется!
- Я принимаю противозачаточные и доверяю ему. Зачем мне с ним предохраняться?
- Кроме тебя у него ещё десятки женщин, и он никогда не использует презервативы! Ты уверена, что он чист?
На этот его вопрос я не могла дать ответа. Но задуматься он меня заставил.
- Ты уклоняешься от сути разговора, - продолжила я, - когда это прекратится?
- Отвали от меня! Ты меня достала! – Бушевал Алекс.
В таком стиле мы дошли с ним до серьезной ссоры. Он просто собрал свои вещи и, бросив меня, уехал к родителям. Вот так. Алекс знал, что у меня нет своих личных финансов даже на насущные расходы. После замужества я уволилась с работы и стала домохозяйкой, так что финансово я полностью зависела от мужа. Понимая, что не останусь без поддержки родственников, я не переживала за своё положение. Огорчало лишь то, что Александр не в первый раз проявлял ко мне наплевательское отношение. Я сникла.
Со Стасом мы конечно созванивались, и он был в курсе того, что Алекс так низко поступил. Однако Станис не предложил свое крепкое мужское плечо, да и не должен был. Нас всего лишь связывал ни к чему не обязывающий секс. Дело обошлось его сочувственной речью, не более того. И в этот момент я четко уяснила его позицию по отношению ко мне.
Прошло несколько дней. Александр стал писать и звонить мне с просьбами о примирении.
Я ссориться и расставаться с ним не намеревалась, но он сам довел дело до этого.
Через пару недель он вернулся домой, приехав разбитый и скучающий, обещая, что былого больше не повториться.