На том конце Ми-ран слегка задержалась с ответом.
— Хорошо. Ждём вас в ресторане, — сухо ответила она.
Ин-хо тем временем подошёл к входу в «Le Pré». Он прислонился плечом к стене, наблюдая, как Со-юн появляется в конце коридора — быстрая, целеустремлённая. Её взгляд скользнул по нему, продолжив поиск того, кого ожидала увидеть. Осознав, что в коридоре никого больше нет, она вновь перевела взгляд на Ин‑хо — и в её лице мелькнуло недоумение, смешанное с неожиданным узнаваниям
Узнавание сопровождалось гримасой удивления и активной жестикуляцией. Он снова поразил своим преображением. Из аристократа в Tom Ford превратился в уличного бунтаря в коже и джинсах.
— Не узнала? — лениво спросил он, когда она наконец подошла.
— Фигляр, — она твёрдо посмотрела на него. — Какая причина переодевания?
— Испачкался, — как ни в чём не бывало ответил он.
Со-юн пристально вгляделась в его лицо, её взгляд стал изучающим, острым.
— И чем ты занимался, что испачкал такой костюм?
— Пробовал корн-доги. Очень сочные, — Ин-хо говорил так, что невозможно было понять — шутка это или нет. В уголке его рта играла та самая неуловимая улыбка.
— Ты же говорил пошёл встретиться с важным человеком? — спросила она с сарказмом, окидывая взглядом его небрежный образ.
— Нет, я говорил не так, — он мягко парировал, уклоняясь от прямого ответа. — Мы идём?
Со-юн покачала головой, оставаясь недовольной полученным ответом, но шагнула к дверям ресторана. Она шла рядом с ним, бросая на него боковые взгляды — этот мальчик был живой загадкой, меняющей обличья быстрее, чем она успевала осмыслить предыдущее. И самое любопытное — каждое из них выглядело на нём абсолютно естественно.
Дверь в «Le Pré» была впереди. За ней ждали две женщины, каждая со своими планами. А они шли на эту встречу — он в очередной новой маске, она — с растущим раздражением от того что совсем не понимала этого мальчишку.
МОМЕНТ ИСТИНЫ в Le Pré
Ми-ран положила телефон на стол и повернулась к Джи-вон с вымученно спокойным лицом — тем самым, которое она тренировала годами, чтобы скрывать любую семейную бурю под маской светской невозмутимости. Губы слегка дрогнули, но она тут же взяла себя в руки.
— Звонила Со-юн. Подойдёт с Ин-хо, — произнесла она как можно равнодушнее, хотя внутри всё кипело.
— Очень хорошо, — протянула Джи-вон, и в её глазах мгновенно вспыхнул азарт. Настоящий. Хищный. Так смотрят люди, которые только что уловили запах редкой добычи и знают: финальный рывок близко.
Она слегка подалась вперёд, будто готовясь к прыжку. Это напряжение было почти осязаемым — и, к ужасу Ми-ран, передалось ей. Пальцы вцепились в край скатерти, ткань напряглась под рукой, будто хотела вырваться.
Она до сих пор не могла поверить, что спутник Со-юн — тот же самый мальчишка, что вчера вёл себя за семейным столом как… как кто угодно, но не воспитанный юноша. Мысль о том, что этот фигляр и утончённый юноша в Tom Ford — один человек, казалась абсурдной, почти оскорбительной для логики.
Но сомнения рассеялись, когда дверь ресторана распахнулась.
Поскольку Ми-ран сидела лицом ко входу, она увидела дочь первой. И рядом с ней — его.
Взгляд скользнул по фигуре молодого человека — и сердце Ми-ран сделало лёгкий, радостный скачок.
«Не он», — мелькнуло облегчённо.
Перед ней стоял новый. Совсем другой. Кожаная куртка Saint Laurent, потёртости на плечах. Джинсы Acne Studios. Расслабленная, уличная осанка. Лёгкая, хищная походка. Ничего общего ни с оборванцем с ужина, ни с аристократом из La Perla.
Но облегчение длилось меньше секунды.
Пока её взгляд не встретился с его глазами. Разноцветными. Тем самым чертовски узнаваемым сочетанием: один — глубокий карий, второй — яркий янтарный, почти светящийся под мягким освещением ресторана.
И в этих глазах читалось всё то же — вызов, насмешка, дерзкая независимость. То же, что вчера за её собственным столом сводило её с ума.
Это он.
Мир протестующе хрустнул, словно тонкий лёд под каблуком.
Ми-ран почувствовала, что дыхание перехватило. Воздуха стало вдвое меньше. Пальцы сильнее вцепились в скатерть — та послушно собралась в складки, явно разделяя её волнение.
Рядом Джи-вон приподняла бровь, мгновенно оценивая нового гостя: кожаная куртка, молодая наглость, идеальный ракурс света. Для неё он был не фигляром — фактурой, золотой жилой, новой звездой, которую нужно лишь правильно огранить.
А Ми-ран видела другое. Она видела загадку, которая в очередной раз поменяла форму прямо на её глазах. Лицедея, который за сутки успел побыть: — оборванцем с пакетом из E-Mart, — аристократом в Tom Ford, — бунтарём в Converse и Saint Laurent.